Я сделаю это сама

Но пришлось подняться с кровати, обуться и пойти глянуть – что за новости.

Новости имели вид кота – чёрного кота, без единой белой шерстиночки. А кот имел вид упитанный и ухоженный, первая мысль была – чей-то. Но как он сюда попал? Я собственными руками заперла обе двери, и заднюю, и парадную. На кочергу и на метлу. И что же?

- Мяу, - повторил кот.

Я ещё раз оглядела кота и спросила:

- Ты как сюда попал?

Кот посмотрел на меня, как на дурочку. Мол, захотел и попал. Еду давай.

Дома у меня жили коты, я очень хорошо знала вот этот утренний взгляд, и звуки тоже. Правда, мои коты были воспитанные, и пока кто-то из людей не зашевелится, звуков не издавали. А этого, видимо, не воспитывал никто.

- Ты чей и откуда? – спросила я кота, будто он мог мне ответить."

"Но он не желал отвечать, зато отлично знал, где тут кухня. Повернулся ко мне задом, а к кухне передом, и важно переступая лапами, туда отправился. Пришлось пойти следом.

А на кухне, не поверите, нас ждал ещё один чёрный кот! Такой же, как первый. Ой нет, чуть поменьше. Тоже ухоженный и упитанный. И тоже сказавший своё «Мяу».

- Так, друзья. Вы хотите сказать, что вас здесь всегда кормят? – спросила я строго.

Коты смотрели и имели в виду именно это – да, нас всегда здесь кормят. В принципе, мне не жаль покормить, только вот чем? Я людей-то пока не знаю, чем кормить, а тут ещё и коты.

И кстати, дверь с этой стороны была отперта, метла стояла рядом.

- Вы постучались, и вам открыли? – продолжала недоумевать я.

Решилась, взяла в руки того, что побольше. Бока круглые, шерсть гладкая, блестящая. Только оказался в руках – тут же зажмурил глаза и замурлыкал. Вот тебе здравствуйте. Более детальный осмотр показал, что это именно кот. Кот был поглажен и поставлен на место, я взяла второго, с тем же успехом – зажмуренные глаза и мурлыканье. Этот оказался кошкой.

- И что прикажете с вами делать? Вроде хлеб со вчера оставался, всё другое доели.

Я собралась было в большую залу за хлебом, но с улицы послышались шаги, и зашла Дарья. Да-да, та самая, которую вчера спасали от чудовища. В руках у неё была корзина. И выглядела она уже поживее.

- Доброго тебе утра, матушка-барыня, - поклонилась она, прямо как мы все вчера Вольдемаровой матери кланялись. – Я ходила кур кормить, вот, есть яйца. И ещё взяла у Лукерьи молока. Чтоб хлеб печь, муки бы, может, есть? Огонь я сейчас разведу.

- Может, есть. Найдём, - а сейчас вообще можно яичницу всем на завтрак пожарить, или омлет. – Так, ставь корзину и слушай. Сейчас я дам тебе ценную вещь, она защищает от всякой нечисти. А ты наденешь и не станешь снимать ни в коем случае.

Вообще второй кристалл лежал где-то в шкатулке, шкатулка – в сундуке, а сундук – в зале, но раз она ходит по деревне с утра пораньше – то пусть берёт и надевает.

- Зачем...