Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени (СИ)

Уселась там прямо на землю, обняла свои колени и просто плакала, глядя на воду. Река Быстротечная в этом месте была довольно бурная, оправдывая свое название, и вода радостно журчала, искрилась отражением солнечных лучиков.

Не знаю, сколько я так сидела, оплакивая свои несбывшиеся надежды. Слушая журчание воды и со страхом ожидая момента, когда исчезну полностью.

Я не знала, сколько должно пройти времени перед полным моим развеиванием. Не знала, больно ли это, и что меня ждет там, по ту сторону реальности. И ждет ли там вообще хоть что-то, или я утеку в небытие. Впрочем, какая разница, вряд ли мое сознание сохранит хоть какие-то крохи воспоминаний…

Наверное, прошло не меньше часа, а я все продолжала сидеть на берегу и смотреть на бурлящую реку. Я не чувствовала больше ничего, кроме дикой душевной боли. Ощущала себя никак. Ничем. Странным недоразумением, которое по каким-то причинам ещё не развеялось по ветру.

— Фло!..

Этот голос, раздавшийся издалека, резанул меня подобно острому ножу.

Этот голос отчаянно звал меня и заставлял плакать только горше. Так больно и грустно мне никогда еще в жизни не было.

— Фло-о-о!..

Я обернулась и увидела бегущего вдоль реки Мориса. Бледного и потрепанного, шатающегося от слабости, больше похожего на ходячего мертвеца, нежели на бравого инквизитора. Но главное — живого. Мои заклинания сработали на ура, и Тень прикрепилась как надо, а это самое главное.

Он бежал вдоль берега, оглядываясь по сторонам, словно бы кого-то искал.

Искал меня.

— Фло!

Он споткнулся о мою сумочку под ногами и поднял что-то с травы. Это были мои очки с разбитыми стеклами. Видимо, Морис наступил на них случайно.

Он крепко сжал сломанные очки в руке и с надеждой огляделся по сторонам.

— Фло! Я тебя не вижу, но чувствую, что ты где-то здесь… Где-то рядом.

О, ты даже не догадываешься, насколько рядом.

Я сидела совсем неподалёку на траве и смотрела на Мориса. Который глядел сейчас прямо сквозь меня, но саму меня не видел. Даже не знаю, от чего мне было больнее: от самого факта, что он меня больше не видит, или от того, что я больше не смогу к нему прикоснуться?..

— Фло! Я знаю, ты меня услышишь, — говорил Морис, полными отчаяния глазами оглядываясь по сторонам. — Я тебе не говорил ни разу этих слов, но… я люблю тебя. Больше всего на свете. Не смогу без тебя. Все мысли о тебе… Они выжигают изнутри… Не смогу и не хочу без тебя. Тобой хочу дышать… Слышишь меня?

Слышу. И плачу так, как, наверное, никогда в жизни не плакала. Горько так, взахлёб, надрывно. Так плачут только дети, которые живут моментом здесь и сейчас и всего себя отдают процессу плача, как будто, кроме этого момента, у них больше ничего не было. Вот у меня как раз и не было, потому нарыдаться можно было вволю с чистой совестью. Ну за что мне все это, боги?..