Бывшие

Живая, звонкая, энергичная – кружится вихрем по комнате, лопочет кучу слов в минуту, показывает игрушки, комментирует каждую, вручая мне. Я лишь спрашиваю имена кукол и название принадлежностей на столике, полностью увлечённый маленьким человеком, на котором сейчас сосредоточена вся вселенная.

Несколько раз оглядываюсь, понимаю, что Лизы нет, а затем слышу звон посуды и звуки воды, понимая, что она предоставила Соню мне, что насмотреться. Проходит час или два, или больше, я потерян во времени, выпал из реальности вместе с дочкой.

Соня просит включить телевизор, где на экране тут же высвечивается мультик про девочку и медведя в лесу. Затихает, полностью поглощённая просмотром, а я, наконец, иду к Лизе, чтобы получить ответы на все свои вопросы.

Лиза на кухне, стоит спиной, что-то режет, с грохотом обрушивая острое лезвие. По-прежнему напряжённая спина, прямая, будто палка. По скованности в плечах понимаю – на грани.

- Лиза…

- Она твоя, Троянов. Если сомневаешься, сделай тест на отцовство. - Слишком быстрый ответ. Ожидала вопрос.

- Только дурак не заметит, как Соня на меня похожа. Копия. Один в один. - Усаживаюсь за стол, по-прежнему задаю вопросы ей в спину. – Лиза, почему ты мне не сказала? Тогда?

- Ты сейчас серьёзно? – почти взвизгивает. – Ты бросался ужасными словами, обвиняя меня в измене. В измене, Троянов! И ты бы поверил, что я беременна от тебя? Скажи честно! В тот самый момент поверил бы? – Поворачивается, впивается взглядом.

- Наверное, нет, - признаю очевидное. Я забыл, что чувствовал тогда, потому что настоящее уже перекрыло прошлое новыми чувствами. – А сейчас, когда встретились снова, почему не сказала о Соне?

- Почти решилась, но затем ты уверенно заявил, что девочек в вашей семье никогда не было. Только мальчики и все, как один Сергеи Сергеевичи. Дебильная традиция…

- Отчасти, ты её продолжила – София Сергеевна.

- Нет, Мартынова София Юрьевна. Я дала фамилию своего отца, а графа с информацией об отце в свидетельстве о рождении с прочерком.

- Это легко можно исправить…

- Нет! – рычит. – Тогда о Соне узнает твой папаша, - выплёвывает каждое слово – резко, зло."

"- Он будет рад внучке.

- Ты сам-то в это веришь? – смеётся. Не радость, скорее, издёвка. – Как может быть рад тот, кто так рьяно желал избавиться от неё?

Понял. Я всё понял. Кроме отступных мой отец предложил Лизе избавиться от ребёнка. Самое главное. Вмиг вспыхиваю злостью на своего родителя, который всё решил за меня: с кем спать, на ком жениться, как жить.

- Расскажи.

- Пригласил в свой кабинет, убеждая, что Трояновым не нужен отпрыск от безродной девки. Я всего лишь помеха на твоём пути, временное препятствие от которого необходимо избавиться. Требовал сделать аборт пока не поздно.