Два лика Ирэн
Если ты росла в патриархальной семье, если твой муж всю вашу жизнь считал, что «жена должна», то попав в новый мир, еще более патриархальный, чем твой собственный, будешь ли ты меняться? Есть ли в этом смысл? Что, вообще, способно изменить женщину, мягкую и робкую по характеру, привыкшую подчиняться главе семьи?Казалось бы – слушайся мужа, и все будет хорошо! А если плохо – значит, ты сама виновата!
Рассказала о том, что привезла для дома, о том, что король подписал бумаги и вскоре, через год-два, можно будет начать восстановление башен. И на третий день…
Рассказала даже про историю своего появления в палате пэров, про конфликт с герцогом и про то, чем всё закончилось. Перемежала эти истории домашними мелкими делами, разбавляла, так как находить темы для беседы становилось сложно.
Ходила она ежедневно, даже видя, что он злится, хотя и не показывает виду. Всё это время лорд тупо молчал и отворачивался от неё. Хватило его почти на три недели. Как раз в день отъезда леди Маргит, лорд запустил в свою жену припасённый заранее тяжёлый кубок.
Грохнувшаяся на пол медяшка не выдержала такого надругательства – кубок можно было выкидывать, один край оказался вмят внутрь. Похоже, лорд вовсе не так слаб, как кажется! И орать он начал, как здоровый! Лицо багровое, жилы на лбу надулись, руки сжал в кулаки так, что костяшки побелели!
Ирэн выгнала прибежавших на вопли слуг и тихо сидела в кресле, давая лорду возможность выплеснуться. Слушала, как он ненавидит её, как проклинает тот день, когда согласился жениться на дочери Беррита, как готов убить всех вокруг потому, что все ходят, а он – калека… Как ему хочется сдохнуть…
Когда установилась тишина, прерываемая только прерывистым дыханием лорда, она сказала:
— Я знала, лорд Ричард, что вы редкостная скотина.
— О, зато я развяжу вам руки, леди жена! Вы снова сможете пустить в свою кровать нового мужа!
— Лорд Ричард, а что мешает мне взять в свою кровать мужчину сейчас? Вы затрудняетесь ответить? Ну, так я вам сама скажу – ничто не мешает.
— Ты… гадина… — лорд от злости и беспомощности рвал пододеяльник — ненавижу, ненавижу!
Ирэн отошла к окну и молча уселась так, чтобы он не мог её видеть. Да и воняет у окна меньше. Лорд глухо рыдал, вцепившись зубами в угол подушки…"
"После истерики лорд уснул.
Сложно сказать, почему она была так в этом уверена. Многие вещи даже в той жизни Ирэн делала интуитивно, особо не раздумывая.















