Два лика Ирэн

Проще заплатить самой и заранее, хотя, как точно знала леди Ирэн, такой практики здесь нет. Кстати, совершенно непонятно – почему, собственно? Так что немного леди собиралась на этом сэкономить.

А сейчас пришло время получения красителя. Растение достигало в высоту примерно метра, получилось что-то похожее на вьющийся душистый горошек. Оно точно так же сплеталось без подпорок в огромные кудлатые клубки. Их собирали, оставив примерно четверть поля нетронутым. Там семена должны дозреть и подсохнуть ещё две-три недели, потом их соберут и спрячут до следующей весны. Траву укладывали в бочки, придавливали гнётом и заливали водой. Несколько раз в день гнёт снимали, перемешивали забродившую массу и оставляли бродить дальше.

Ирэн было любопытно, поэтому она старалась не пропускать этапы получения красителя. Примерно через неделю траву удалили, зеленоватую тухлую воду процедили и в неё добавили негашёную известь. Очень быстро помешивая вскипающее в бочке варево, Арно показывал леди Ирэн, как оно меняет цвет и темнеет. По окончании процесса гашения извести, бочки оставляли в покое для следующего процесса брожения. Ещё примерно через десять дней, слив отстоявшуюся воду, Арно вычерпывал большим ковшом и сливал на плотную ткань осадок.

Когда вода стекла, образовавшуюся чёрно-синюю массу собрали деревянными лопатками в большие горшки и плотно укупорили.

— Вот этим, леди, уже можно красить. Цвет будет тёмно-синий, но не слишком яркий. Как бы пылью покрытый. А для яркости можно ещё вот такое добавить… — он показал на горшочек с буровато-красным порошком: — Тогда и цвет ткани станет ярче.

— А что это, Арно?

— А это я давно заметил, что цвет-то не получается, как у купцов из Франкии, и стал разные пробовать травы и цветы. Вот это даёт красноватый такой оттенок, а сделано из марены. Корень сушат и трут, а потом уже и краску получают. Это я давно подсмотрел у красильщика одного, в детстве ещё. А марену везде можно найти. А можно и выращивать. Только, леди, смешивать нужно аккуратно. На семь-восемь частей индигао – только одну долю красного. Зато и цвет у ткани богатый будет.

Слушая речь Арно, леди обратила внимание, что говорит он не как сельский житель, слова не коверкает, окончания не глотает.

— Арно, ты писать умеешь?

Он почему-то вздохнул и поморщился. Казалось, не хотел отвечать. Леди терпеливо ждала, не понукая, и была вознаграждена ответом:

— Умею, леди, да что с этого толку-то… — он как-то безнадёжно махнул рукой.

История в этот раз была не слишком сложна и трагична. Старший сын небогатого купца от нелюбимой жены, умершей родами. Жил при доме родителя до двенадцати лет, немного умеет читать и писать, хорошо считает. Женился отец второй раз, когда малышу было всего два года, а к трём годам Арно получил брата.