Два лика Ирэн

Лицо лорда побагровело ещё больше: — Ты…! — похоже, он просто не находил слов…

Тяжёлый серебряный кубок с остатками вина, запущенный меткой рукой графини, сбил с камина высокую вазу из драгоценного ренского фарфора. Звон получился изрядный, но заглянувший на шум лакей, убедившись, что его никто не звал, испуганно прикрыл щель в двери. Несколько оторопевший лорд Беррит с удивлением смотрел по очереди на дочь и на осколки вазы и снова – на дочь и на осколки…

Леди Ирэн заговорила, слегка, просто для убедительности, повысив голос:

— Я выросла, отец. Смиритесь с этим. Я не вернусь под вашу опеку. Но обещаю, что в случае нужды вы получите любую помощь, какую я буду в состоянии оказать – политическую поддержку, военную силу или просто финансовое вливание. Я не хочу и не собираюсь ссориться с вами, но до совершеннолетия Артура я сама буду править его землями.

— Что стоят обещания дев… женщины?! — лорд всё ещё злился.

— Зачем вам так уж понадобилась опека над моими землями? Раньше, помнится, вы помогали восстанавливать графство, но не лезли управлять. Я так понимаю, что вы решили вновь выдать меня замуж?

— Это – не твоё дело! Твоё дело – послушание!

— Я благодарна вам за помощь в моих делах, лорд Беррит, но, помнится, это вы меня втравили в брак, который мог кончиться моей смертью. И вам, при этом, даже не вернули бы приданое.

— Не смей меня упрекать! Теперь ты – графиня!

— Тогда не смейте на меня орать! Мне надоело слушать вашу истерику! Вы желаете спихнуть меня за очередного мужлана? И я снова, благодаря вам, буду вертеться, как уж на сковородке, пытаясь сохранить жизнь сыну и поладить с новым мужем? А если нет? Если он захочет графство в наследство своим детям, а не Артуру? Лорд Беррит, никто не встанет между мной и моим ребёнком. Даже вы. Не забывайте, что у сестры – две дочери, и лорд Артур, пока что, ваш единственный внук.

Отец раздражённо сопел, что-то обдумывая, а потом, со всей силы, с дикой злостью запустил в стену свой кубок. Жалобно звякнув, тот покатился по полу и затих в углу. Зато вторая ваза на камине уцелела – лорд оказался экономнее дочери.

Пауза тянулась долго, леди давала отцу время прийти в себя. Наконец, когда его шумное сопение немного стихло, она спокойно заговорила:

— Отец, я не вижу смысла ссориться. В семье всякое бывает. Но я повторюсь для вас – вы, а следом и ваш сын, мой брат, лорд Андрэ, можете рассчитывать на любую посильную помощь от меня. А если не будет семейной ссоры, то, в последствии, и от моего сына. Траур по мужу я буду носить так долго, как только смогу."

"Сложно сказать, смирился ли лорд Беррит с тем, что дочь, пусть и частично, выскользнула из его рук. Он всё ещё был раздосадован – лорд очень не любил, когда его планы рушились.