Два лика Ирэн

— Но, лорд Стенли… — Ирэн судорожно подбирала слова, пытаясь понять, что всё это значит: — Лорд Стенли, зачем вы настаивали? Нет-нет, безусловно, я очень вам благодарна за этот документ! Вы знаете, мой сын – самое важное, что есть в моей жизни. Но вам-то зачем было рисковать и навлекать на себя королевский гнев?!"

"— Леди Ирэн, хотя вы и стали моей женой волей случая, я вовсе не собираюсь грабить земли пасынка и вкладывать деньги в свои земли. И мне нужен мир в моей семье. Разве стали бы вы относиться ко мне по-доброму…

Ирэн поняла! Она действительно поняла! Это было странно, удивительно и, безусловно, безумно романтично! Весь мир подернулся какой-то искрящейся плёнкой – на глаза леди навернулись слёзы и горло непроизвольно сжалось. Она так нравилась своему будущему мужу, что он рискнул королевской милостью и добился для неё, именно – для неё, этого документа! Просто чтобы она была спокойна за будущее сына! Ради мира в её, Ирэн, душе!

Нет, конечно, она и раньше понимала, что лорд симпатизирует ей. К чёрту условности! Уж себе-то можно и не врать! Она видела, что лорд в неё немного влюблён. Да, влюблён… Каждая женщина знает о таком, даже если нет никаких внешних признаков! Редкие ласковые взгляды к делу не пришьёшь, но она знала, давно знала. И ради неё лорд Стенли так рисковал!

Это совсем не та история, где рыцарь в честь прекрасной дамы сражает огнедышащего дракона. Всё гораздо суровее и реалистичнее, королевский гнев – страшная вещь. И муж леди, прекрасно знающий об этом, пошёл против воли короля. Ради неё пошёл! У леди сердца выпрыгивало из груди, когда она тихо-тихо, почти шёпотом, сказала:

— Я так благодарна тебе, Стенли, муж мой…

Лорд тихо, боясь спугнуть что-то невещественное, что-то необычное, от чего так сжималось и частило сердце, взял руку своей жены, повернул её ладонью к свету свечей и тихо, нежно, медленно, будто пробуя её кожу на вкус, пытаясь запомнить запах, поцеловал. Он видел и слёзы, стоящие в глазах Ирэн, и то, что сердце её полно нежности и благодарности, и он совершенно не собирался торопиться.

Ещё днем лорд твёрдо решил, что понукать жену не стоит, проводить первую брачную ночь впопыхах – глупость, и вообще, как бы не тянуло, он – давно уже не мальчишка и вполне способен потерпеть до дома. Там, в привычной обстановке, леди будет легче принять его мужское внимание. Хотя барон достаточно помотался по стране, воевал и видел в этой жизни разных людей, однако, мысль о том, что с Ирэн можно поступить, как с обычной селянкой, решившей подработать у лорда на сеновале монетку, внушала ему отвращение. Пусть пройдёт время, пусть леди осознает, что от него, своего мужа, ей не стоит ждать ничего, кроме нежности и почтения.