Я заберу у тебя ребенка (СИ)

Если это любовь пробралась ко мне в душу, да так, что ее терзает сильная боль, что дыхания не хватает от избытка чувств, то я рад этой боли. Она оживляет, делает жизнь полноценной, разнообразной, когда ты понимаешь, что не просто существуешь, а везде, во всем видишь смысл. Словно всё поверхностное, неважное отпало, как ненужная шелуха, обнажив по-настоящему ценное.

Когда понимаешь, что факты говорят одно, что люди нас не поймут, пристыдят, а ты при этом ощущаешь невероятную правильность происходящего.

Теперь всё будет иначе, мы начнем другую жизнь. Она не будет радужной и спокойной, нас ждет множество испытаний, но наша семья станет только крепче. Не сомневаюсь в этом.

Семья — теперь я действительно понимаю значение этого слова.

Перебираю мягкие шелковистые пряди волос Оксаны, струящиеся по изящной спине, и ощущаю дрожь даже от этого простого прикосновения. Заполонила собой все мысли, спутала все карты, проникла в кровь. Видит Аллах, я сопротивлялся и прогонял ее, но эта дерзкая, горячая, целеустремленная девушка дала понять, что не уйдет. А если теперь и захочет, показывая характер, — не отпущу.

Моя она, никому не отдам и защищу от целого мира.

Обнимаю, целую в пахнущую нежностью макушку, сжимая крепче соблазнительное тело.

Хочу сообщить Оксане самое важное на сегодня, но оттягиваю момент, чувствуя потребность открыть ей душу.

— Я с самого детства хотел жить правильно, так меня учили, так воспитывали. В то время как мои сверстники кутили, бунтовали, шли против ветра, я слушался родителей и делал, что они велят."

"Похоже на исповедь. Возможно, я озвучиваю те мысли, которые давно бурлили в моей голове и не находили выхода. Оксана слушает внимательно, не перебивает, за что я ей очень благодарен. Я никому раньше не доверял подобные откровения, да и некому было. А ей почему-то безгранично верю, хоть и знаю всего лишь несколько дней. Аллах мне ее послал, как самую великую драгоценность.

— Женился по настоянию родителей, не спорил. Уважал их выбор. С детства знал, что женюсь на Диляре Юсуповой, дочке друзей семьи. Родители бы не выбрали мне недостойную партию. Они сами женились по настоянию родителей и живут душа в душу много лет.

— А если бы ты выбрал сам? Они приняли бы твою невесту?

Слышу оттенок потаенного страха в голосе. Боится, что не примут ее. Но им придется, всем придется смириться с моим выбором.

— В то время — не знаю, — отвечаю честно, не желая скрывать ничего. — Не думал об этом. Я не представлял, как может быть иначе. А сейчас уже они примут мой выбор. Никуда не денутся.

— Что теперь будет, Арслан? — спрашивает, но я хочу закончить мысль. Приподнимаюсь и сажусь, опираясь на ствол дерева. Она, как гибкая лиана, обвивает тело своим, таким гладким и женственным.