Я заберу у тебя ребенка

— Пап, а можно я буду наедине называть Альбину Лизой? — спрашивает с искренней детской непосредственностью. — Я назвала ее Альбиной и достала бумагу и ручку, а она куда-то убежала. Я хотела ее найти, но пришлось сидеть в комнате, потому что мама так сказала.

— Не думаю, что это разумно. Так мы только запутаем твою сестру. Мы с твоей мамой так долго искали Альбину и привыкли ее так называть.

— Искали? — удивляется девочка. — Но вы никогда не рассказывали, что у меня есть сестра и что она потерялась.

— Мы не знали, что найдем ее, поэтому не рассказывали тебе, — объясняю тихим размеренным голосом. Я уже выдавал короткую версию придуманных событий обеим девочкам, но Зарина очень дотошная, она всегда хочет знать всё досконально. Любит повторять вопросы и слушать одни и те же ответы.

— А-а-а, понятно-о, — тянет моя необычайно говорливая сегодня девочка. — Пап, а можно задать вопрос?

— Конечно, дочь, задавай, — поощряю малышку, внимательно изучая ее повадки. Когда она наедине со мной, у нее так живо двигаются руки, мимика активная. В присутствии матери она будто сникает. Почему я раньше этого не замечал?

— Альбина сказала, что ее мама — это моя мама, потому что не бывает, чтобы близнецов родили разные мамы. Пап, я запуталась… — опускает глаза и смотрит в пол, закусывая губу.

— Давай, наконец, сядем? — предлагаю я, и дочка усаживается на спинку кресла, тогда как я занимаю его. Это наше с ней любимое место в небольшой нише в коридоре. Когда няня готовит комнату ко сну, мы какое-то время сидим так и обсуждаем день. Правда, это случается редко, в чем, конечно же, моя вина. Слишком много работаю.

Обнимаю ее со спины и начинаю объяснять:

— Нет, Зарина, ты должна слушать только меня и маму. Твою настоящую маму. Альбина жила с другой женщиной и думает, что это ее мама. Так бывает, когда с рождения живешь с кем-то. Тогда сложно принять другого человека. Но у Альбины со временем получится. Ты же ей в этом поможешь?

— А если у меня не получится? Вдруг она снова сбежит? — спрашивает, дергая мой рукав.

— Всё получится, ведь вы же сестры. И она не сбежит, я позабочусь об этом.

— Тогда поговори и с мамой, чтобы она не обижала Альбину. Она сегодня на нее кричала, поэтому она сбежала, подумала, что мама плохая и будет ее обижать, — выдает бесхитростно резонный вывод.

— Если мама кричит, это не значит, что она плохая, Зарина, — качаю головой, чувствуя внутреннее сопротивление оттого, что защищаю Диляру. Но как иначе? Она — мать.

— Почему она кричит?

— Потому что ситуация сложная. Маме трудно.

— Папочка… — начинает она фразу, но вдруг делает большие глаза и спрыгивает с колен, встает столбиком и смотрит на Диляру, оказавшуюся возле нас.