Фиктивный брак госпожи попаданки

Затем он взял пальто, небрежно перекинутое через спинку стула, и повернулся ко мне.

— Как порядочный жених, — подчеркнул он, и его тон был почти насмешливым, — я должен вернуть вас в особняк, пока мы окончательно не вышли за рамки приличий.

Его слова пригвоздили меня к месту. Нервными движениями я комкала оборки на юбке и пыталась понять, как объясню ему, что не могу ехать домой…

— Миледи? — Норфолк поторопил меня жестом.

Я дура.

Я должна была рассказать ему правду.

— Я… — начала говорить и почувствовала, как слова застревают в горле. — Я не могу вернуться домой.

— Почему же? — осведомился он светским, спокойным тоном и стряхнул невидимые соринки с рукава пальто.

Но когда герцог повернулся ко мне, я увидела в его глазах холодную, ледяную яростью. И это вернуло меня к мысли, от которой я отмахнулась некоторое время назад. Тогда мне показалось, что Норфолк видел меня насквозь. Он так смотрел на меня… И эта его усмешка…

— Там опасно.

Герцог поднял бровь, его глаза сузились.

— Почему же там опасно, миледи? — вкрадчиво поинтересовался он.

Я должна была что-то ответить, но все слова и объяснения застряли в горле.

Я начала наш с ним разговор со лжи, и этим лишь сильнее себя запутала. Загнала в угол, из которого не знала, как выбраться.

— Значит, так, — непримиримым, жестким голосом отрезал Норфолк. — Ваше упрямство и скрытность мне надоели. Не желаете говорить — ваше право. Но увольте меня от любых обязательств по отношению к вам."

"Резким жестом, который выдал степень его злости, герцог швырнул пальто обратно на стул, подошел ко мне и схватил за локоть, и потащил за собой в сторону двери. Я попыталась выдернуть руку, но он держал крепко и даже не замедлил шага.

Впившись взглядом в его хмурое лицо с плотно стиснутыми зубами, я поняла, что он не блефует. Он и впрямь способен вытолкнуть меня из кабинета и навсегда закрыть дверь.

— Вы не понимаете! — невольно вырвалось у меня.

— Чего я не понимаю? — он доволок меня до двери и прижал к ней спиной.

Мы оказались совсем рядом, наши лица разделяло лишь несколько сантиметров. Наверное, я впервые за все время стояла так близко от мужчины, который приходился мне женихом. Впервые могла рассмотреть его повнимательнее. Меня захватили его глаза: светло-серые, строгие, холодные.

И с темной окантовкой вокруг хрусталика, из-за которой его взгляд пробирал до мурашек.

Норфолк был зол. Разъярен. Но его гнев был оправдан, и это убивало меня сильнее всего. Я сама загнала себя в этот угол, и если сейчас я ничего не сделаю, все действительно закончится.

— Они хотят меня убить! — наконец выдохнула я.

Герцог замер. Его рука все еще держала мой локоть, но хватка ослабла.

— Что вы сказали?

— Маркиз Хантли и мой опекун… они хотят избавиться от меня. Это я подслушала сегодня вечером.