Я живу без оглядки, или Узнай тайны женской души

Вы много разговаривали, фотографировались, обменивались любезностями.

Я взяла тайм-аут на несколько секунд и подумала, что не имею морального права открыть истинное положение вещей хотя бы из-за личной просьбы Михаила. Сейчас ему и так несладко и будет намного хуже, если я расскажу, что в его доме покупали друзей. Слух моментально разнесется, и я поставлю человека в неловкое положение. В конце концов, мне заплатили за то, чтобы я скрыла правду, поэтому я просто обязана молчать."

"— Мы действительно подруги, только я понятия не имею, где она находится в данный момент.

— Мы не нашли ее труп и не можем утверждать, что она пострадала от взрыва.

— Вы знаете, вообще-то это ваша работа. Если ее нет среди мертвых, то, значит, она жива.

— Но где она?

— Не имею представления. Быть может, Жанна пострадала и потеряла память. Да всякое может быть.

— Вы знаете, именно это мы и хотели бы узнать. Я надеюсь, что вы нам поможете.

— Я?

— Вы. Расскажите нам о ее друзьях. Возможно, она рассказывала вам о своих тревогах, которые одолевали ее в последнее время… Какие-нибудь звонки…

— Какие звонки?

— Например, с угрозами.

— Я не слышала ничего подобного. Вы подозреваете, что ее похитили? Хотите сказать, что взрыв в доме произошел только для того, чтобы отвлечь внимание окружающих и похитить жену Михаила?

— Это одна из версий. Мы прорабатываем ее тоже. Хотя понимаем, что женщину можно было похитить в магазине, косметическом салоне, фитнесе, на улице. И это было бы сделать намного проще. Скорее всего основная цель взрыва — напугать. Михаил — крупный коммерсант и, по всей вероятности, кому-то перешел дорогу.

— Боюсь, что не смогу вам помочь. У меня своих дел выше крыши.

— Пропала ваша лучшая подруга, а у вас своих дел выше крыши, — злобно упрекнул меня следователь.

Я сморщилась от табачного дыма, который мужчина выпустил прямо мне в лицо, и посмотрела ему в глаза.

— Представьте себе, это так.

— Но вдруг с ней произошло несчастье?

— Очень сожалею, но мне об этом ничего не известно.

Я всем своим видом показывала, что разговор окончен, но следователь на это не реагировал. То ли ему льстило общение со мной, то ли он чувствовал, что я что-то скрываю, но уходить он явно не собирался.

— Простите, у вас заплаканные глаза.

— У меня есть о чем переживать, — отрезала я и посмотрела на часы.

— Я смотрю, вы не хотите нам помочь.

— Если у вас есть еще какие-то вопросы, вы можете вызвать меня повесткой. Если со мной не случится ничего экстраординарного, я обязательно приеду. Общение с работниками милиции в домашней обстановке не располагает к разговору, — отчеканила я и демонстративно встала со своего места. — Прошу, я закрою за вами дверь.

— Вы торопитесь?

— Да, у меня очень много дел.