Я живу без оглядки, или Узнай тайны женской души

Михаил не ждал такого поворота разговора и покраснел как вареный рак. Он с удивлением уставился на меня, его лицо словно окаменело, и стало трудно определить, какие чувства одолевают его в данный момент, хотя я понимала, что мои слова должны повергнуть его в шок.

— Буду тебе очень признательна, если ты меня хорошенько трахнешь, — повторила я и посмотрела на Михаила с вызовом.

Лицо Михаила горело, он превратился в соляной столб.

— Я и мечтать об этом не мог… — растерянно пробормотал он и, стянув галстук, стал расстегивать пуговицы на рубашке.

— Ты хочешь посмотреть на мое тело?

— Я видел тебя раз по телевизору.

Помнишь, в одном фильме ты была обнаженной?

— По телевизору неинтересно. Хочешь увидеть вживую?

— Хочу.

— Поверь, я стою того, чтобы мной любоваться.

Я засмеялась и этот смех означал, что я отбросила прочь розовые очки. Я буду вытягивать жизненную силу из всех мужиков подряд, ведь все они не видят ничего дальше собственного носа! Мужики будут падать на землю и поднимать лапки кверху, падать и сами собой в штабеля укладываться. Они делают только то, что им нужно, остальное их не касается.

Теперь я буду победительницей потому, что готова к любой, даже самой яростной борьбе. Это мой сценарий! И я буду выступать не только как актриса, но и режиссер. Я скинула с себя платье и осталась в тоненьких, вызывающих трусиках.

— Терпеть не могу лифчики. Смотри, у меня и так грудь прекрасно стоит! Тебе не кажется, что с того самого момента, как ты мне позвонил, мы очень много времени потеряли понапрасну?

Михаил застыл, словно окаменев. Я двинулась к нему, откровенно демонстрируя все достоинства своей шикарной фигуры.

— Бог мой, какая ты… — с трудом выдохнул Михаил и снял рубашку.

 — Я и подумать не мог, что на свете бывает такая красота…

— Бывает, милый, на свете все бывает.

В моих глазах засверкал дьявольский огонь, который буквально гипнотизировал и не давал Михаилу сдвинуться с места. Я знала, что так, как умею себя преподнести я, может сделать далеко не каждая женщина, потому что искусство обольщения дано не всем, только избранным.

Грациозно, по-кошачьи, я подошла к Михаилу, опустилась перед ним на колени и молниеносно расстегнула ширинку на его брюках.

Улыбаясь, я высунула кончик языка и продемонстрировала его Михаилу.

— Ты ведь этого хочешь? Скажи, этого?

— Хочу, — с трудом выдавил обезумевший Михаил и трясущимися руками подтянул мою голову к своему набухшему естеству…

Я не знаю, сколько времени мы занимались любовью. Минуту, двадцать, час, три… Это не имело никакого значения, потому что с тех пор, когда с нами случилось ЭТО, время остановилось."

"А затем мы пили шампанское и… смотрели на дождь. Он лил все сильнее и, по-моему, не хотел прекращаться.