Ядовитая тропа

Я не хочу отвлекать тебя от важных мыслей. К нам в прозекторскую приставили уборщицу. Польку. И когда она убиралась, я увидела ее пальцы. Они начинают темнеть. Если я права и болезнь скоротечна, то в ближайшие дни ей станет хуже, и они начнут чернеть. Так что завтра жду тебя в прозекторской на томное свидание. Понаблюдаешь заодно за ней. Я не стала ее ни о чем расспрашивать, чтобы не спугнуть, все равно ты задашь все нужные вопросы, и к тому же ты говоришь по-польски. А я нет.

– А как вы общаетесь?

– Через Афанасия. Он неплохо понимает.

Тамара улыбнулась, заметив, как задумался ее провожатый.

– Я же вижу, что тебе сейчас не до меня, спасибо, что проводил, ты иди лучше. Тебе отдохнуть надо. Обустроиться. Да и просто побыть одному. Завтра жду тебя у себя. Магда приходит вечером. Про переезд давай тоже поговорим потом. Не хочу решать все вот так, впопыхах.

Семен кивнул и в знак благодарности сжал ее ладонь. Удивительная женщина. Когда Тамара скрылась в подъезде, Семен привычно подождал, когда у нее в квартире загорится свет, и… не ушел. Что-то не пускало. Он решил подождать. Просто стоял курил. В конце концов, имел полное право быть на улице столько, сколько нужно. У него были на это все необходимые разрешения. Обошел дом. И стал смотреть на крыши и понял, что, в самом деле, люди приходили домой и, кто не падал сразу спать, выходили на крыши. Все-таки удивительный народ были эти немцы. Прусаки. Даже на крышах у них были удобные площадки, балкончики, скамейки трубочистов. Сады почти у каждого дома. Все продумано, удобно. Четко. Семен задумался о том, что город можно отстроить, привести в порядок, и он будет прекрасным русским Кенигсбергом. Машинально полковник отметил, что хлопнуло мансардное окно. Тома вышла на крышу. Можно подождать, пока она закурит, и уйти, он посмотрел на крышу соседнего дома и напрягся. Дом стоял слишком близко. В этом районе была плотная застройка. Дома лепились так, что иногда не сразу можно было понять, где заканчивался один дом и начинался другой. С крыши на крышу легко…

Тамара упала на асфальт почти беззвучно. Вес она так и не успела набрать. Легкой была, хрупкой, как перышко. Того и гляди, ветер подхватит. Семен даже не услышал шума драки. Хоть бы крикнула, он бы успел, наверное…

И, глядя на ее тело, Семен понял, что враг играет персонально с ним. И что он, скорее всего, прекрасно знает, кто такой Семен и зачем он тут. Смерть Тамары была показательной, специальной – видели и ее, и его. Возможно, что знали, что он часто, после того как провожал ее, стоял, ждал, пока она включит свет."

"Семен молча смотрел на женщину. А потом в нем снова проснулся Раглан. Не шевелись. Стой. Ты стоишь в тени дерева. Значит, тебя не видно сверху.