Ядовитая тропа

Перерыв, когда враг будет кружить вокруг него, сжимая круги, если он правильно понял характер врага, то убить его сегодня ночью у диверсантов пока задания нет. Значит, можно спокойно выспаться. Потому что дальше у него уже совсем не будет на это времени.

Командир всегда учил, что сомневаться надо во всем. В том, что видишь, что слышишь, в том, что есть вокруг тебя. В целом невредно сомневаться даже в самом себе, потому что никто не знает, что тебе внушили, какой яд ты можешь нести внутри себя или кем были твои родители. Мифы вокруг Третьего рейха расцветали на благодатной почве необразованности, страхов и ограниченности мыслей. Люди привыкли, что нужно опираться на что-то. На то, что им говорили родители: на царя, на партию, на что угодно, но не на самих себя.

Семен начинает сомневаться буквально во всем. Пороховой след на коже – в убитого стреляли в упор, в то время как Плюснин показал, что видел, как стреляли в спину. Странная ночная перестрелка. Следов нет. Ну не по крышам же они перенеслись? Как только рассвело, он еще раз осмотрел место перестрелки. Нужно было сделать это еще вчера, но не разорваться же. Семен искал гильзы, какие-либо следы. Да, он уже не сомневался, что дело в Яне и что тот врет, но, с другой стороны, давал себе маневр для сомнений. Если бы там была перестрелка, как описывал Ян, обязательно должны быть следы.

Семен присел. Судя по следу на дереве – чиркнули недавно. Выстрел, пуля застряла. Он достал нож и аккуратно достал пулю. ТТ. Родная сестра той, которая попала в спину Вадиму.

Но характер выстрела… Семен встал, как примерно должен был встать стрелок, прикинул рост Яна.

Один выстрел, да и то сделан, судя по всему, впопыхах. Просто для того, чтобы отметиться.

Но благодаря Магде Семен понял, что да, дело не в муке. И не в зерне. Это был отвлекающий маневр, чтобы сбить со следа тех, кто идет за ними. Тем не менее, скорее всего, в ближайшие дни отравленный хлеб из этой муки попадет на рынки, и тогда в городе будет огромное количество трупов и заболевших."

"Семен поехал в «Шихау». Яна на месте не было, на проходной сказали, что заболел. Серабиненко не удивился. В целом он был уверен, что больше Плюснин на работу не придет. Теперь он будет действовать в городе. Если работает группа, то у нее еще много дел, и, скорее всего, операция вошла в завершающую стадию.

Но нужно проверить кое-что.

В зале с кораблем, где они работали, документы лежали в идеальном порядке. За одним исключением. Делая перевод, Серабиненко специально откладывал в сторону бумаги, касающиеся начинки пусковых шахт корабля. Грубо говоря, все, что было связано с боеприпасами, Ян это видел, несколько раз спросил, что он делает и зачем. И вот теперь именно эти документы и пропали.