Ядовитая тропа

Значит, обвинят его, немца.

Зайдя на склад, они оба быстро переоделись в рабочие комбинезоны и фуфайки. На складе нашлось даже белье, носки и обувь. Заодно Семен проверил водолазные костюмы. На складе не осталось ни одного. Значит, он был прав в том, что их вынесли.

Как и многие другие квалифицированные немцы, которые были пока еще нужны Советам, Бернс смотрел на русских чуть надменно. Все они думали, что русские здесь ненадолго.

– Повторяюсь, – пробормотал себе под нос Семен по-русски.

– Что?

– Мысли вслух.

Семен вернулся в кабинет, который ему выделили, и попросил принести все документы касательно Плюснина. Должно было быть его личное дело и вербовочный билет. На предприятиях часто их отдавали в отдел кадров.

Дело было – и комар носа не подточит. Все почти идеально. Даже слишком. И награды, и материалы, и квалификация. Липа чистой воды. Но очень хорошо выполненная. Учитывая расстояние и состояние связи, быстро эти документы на подлинность было не проверить."

"Но Семен был уверен, что все было липой. И есть еще один момент. Еще одна группа, прибывшая до него. Чем она занималась? О том, что группа работала в городе, комендант должен был знать. Значит, раз он уже раскрыл свою личность, то можно пообщаться и с руководством.

Боевой генерал 3-го Белорусского фронта Смирнов работал у себя дома, во временном размещении штаба. Еще в сорок пятом они разместились на Шенфлис-аллее в доме среди аккуратных домиков, которые не затронула бомбежка. У коменданта было несколько штабов, в этом доме он жил и работал, когда можно было не выезжать в центр.

Семен добился визита через секретаря.

Смирнов встретил его у себя в кабинете. Это был невысокий, начинающий лысеть мужчина с очень тяжелым взглядом и тяжелой же походкой человека, который прошел войну и, судя по тому, как он тяжело переставлял ноги, – скорее всего, у него было ранение в позвоночник. Возможно, что не только туда.

– За Курскую дугу моя награда тут, – правильно поняв его взгляд, Смирнов указал на голову, где от лба вверх начинался грубоватый шрам, – за Брест в ноге, а за Кенигсберг в спине.

Семен кивнул.

– Уже наслышан про тебя и про шорох, который ты навел на заводе. Коллеги твои до этого работали тише.

– И все погибли.

– Не все.

Семен приподнял брови.

Смирнов не стал распыляться по поводу того, что сам Серабиненко тоже тихо сидел в комендатуре, а тут вдруг вот тебе. Нет, говорил комендант коротко и по делу. Оно и понятно, слишком тяжелое и беспокойное хозяйство ему досталось.

– Группа была из четырех человек. Прибыли в сорок пятом. Работали по наводке по школам абвера. Но на деле искали подрывников, так как к ним попало донесение о том, что готовятся массовые подрывы железнодорожных путей, когда по ним будут проходить вагоны с первыми переселенцами.