Ярче солнца

Он говорил, что это ускоряет процесс варки.

– Понятно, - механически сказала Элен, но затем спохватилась:

– Хотя и не очень!

– Дело в том, что пар остается внутри, и давление там увеличивается. И джем варится при большей температуре.

– Твой зять, должно быть, человек ученый.

– Да, верно. - Элли закрыла кастрюлю крышкой и добавила:

– Впрочем, мне спешить некуда. Надо только, чтобы девушки почаще помешивали.

– Ну, все кажется несложным.

– Да. Все очень просто. - Элли протянула руку и, подержав ее в нескольких дюймах над плитой, удостоверилась, что жар не слишком большой.

После этого они ушли из кухни.

Элли прицепила часы к рукаву, чтобы через определенные промежутки времени наведываться на кухню и проверять, как варится джем. А варился он медленно, но верно и, по мнению Элли, вкус у него был отменный. Стенки кастрюли были толстыми, и на малом огне ручки не перегревались, что создавало дополнительные удобства.

Поскольку приготовление джема не требовало ее безраздельного внимания, Элли решила часть своей энергии направить на то, чтобы привести в порядок оранжерею. Ее страшно злило, что она до сих пор не смогла понять, каким образом неизвестный вредитель губит ее любимые цветы.

Единственное, что она уяснила, так это то, что противный запах исходил не от самих растений.

Растения были мертвы - это непреложный факт. Но запах шел от зарытых в землю кухонных отходов, которые почему-то оказались не в хлеву для свиней, а здесь. И смешаны они были с подозрительным коричневым веществом, явно взятым из конюшни.

Кто-то очень хотел ей навредить. До какой степени нужно было ненавидеть, чтобы ежедневно собирать лошадиный навоз и сгнившие пищевые отходы.

Однако Элли настолько любила свой сад в оранжерее, что, вооружившись парой рабочих перчаток, решила вынести прочь всю эту смердящую массу. Она запаслась несколькими мешками и лопаткой, приготовилась не дышать носом в течение часа и принялась орудовать лопатой.

Через несколько минут стало ясно, что ей мешают юбки. Элли достала бечевку и, усевшись на скамейку, стала подвязывать подол.

– Очаровательное зрелище! Элли подняла глаза и увидела, что в оранжерею вошел муж.

– Доброе утро, Чарлз.

– Я часто мечтал о том, чтобы ты приподняла передо мной юбки, да притом как можно выше, - с озорной улыбкой сказал он.

- Кто тот счастливец, для которого ты это делаешь?

Позабыв о чувстве собственного достоинства, Элли показала Чарлзу язык.

– Не кто, а скорее что.

Чарлз проследил за ее взглядом и увидел за апельсиновым деревом источавшую зловоние кучу мусора. Он шагнул вперед, втянул носом воздух и снова отступил назад.

– Боже милостивый! - сказал он, откашливаясь. - Что ты сделала с растениями?"

"– Это не я, - возразила Элли.