Идеальный грешник

Услышал томный стон, медленно скользнул глубже, заполняя малышку собой.

А по спине — прошибло током, разве что искры не посыпались из глаз, когда он разобрал тихое:

— Еще...

Он перестал соображать. Теперь уже окончательно. Двигался, с каждым толчком вонзаясь все глубже, взрываясь от дикого кайфа, растворяясь в этой маленькой, удивительной, охренительно классной девчонке.

Он видел, как приоткрываются ее губы, а дыхание сбивается. Как тонкие руки крепче обвивают его шею, а идеальная грудь подпрыгивает от каждого рывка.

Марсель ощутил, как Жасмин невероятно плотно обхватив его собой, начинает дрожать.

Не смог он больше оттягивать свой оргазм. Рухнул в него, утягивая и малышку за собой.

Очнулся, когда понял, что придавил собой. И все еще глубоко внутри, а ртом снимает капельки пота с виска, целует крохотное, невероятно сексуальное ушко, облизывает бархатистую кожу на шее и щеке.

Черт раздери, не мог он успокоиться и не целовать ее!

Жасмин улыбалась. Он видел эту мягкую, счастливую улыбку. И да, он же помнил, что обещал ей десерт.

А потому выскользнув из податливого, разомлевшего после оргазма, тела, приподнявшись на локтях, принялся скользить поцелуями по тонкой коже.

— Марс! Я не могу, дай поспать! — прошептала Жасмин, не шевелясь даже, но зато не прогоняя улыбки с красивого личика.

— Спи, спи, я не мешаю, — шепнул он в ответ, а сам спускался ниже.

А там уже — мягкая, аппетитная, аккуратная грудь, плоский живот, пупок. И ведь все же облизать нужно, расцеловать, изучить и огладить языком.

— Ма-а-арс.., — протяжно захныкала Жасмин, когда парень осторожно согнул в колене стройную ножку и развел, открывая доступ для себя.

— Спи, спи, малышка, — шептал он между поцелуями, скользил ртом по внутренней стороне бедра, не задевая, но уже приближаясь к розовым губкам.

"

"Жасмин вцепилась пальцами в его волосы, намереваясь остановить. Но Марсель только негромко рассмеялся, а ладонь устроил на животике и поглаживал, скользя выше, к острым вершинкам сосков, и вновь возвращаясь к пупку.

Он смотрел, как она сочится для него. Как дрожит в ответ на ласки его языка, как дарит ему себя и свой дивный вкус. Открывается для него.

Он нырнул глубже, раздвигая складочки, ударяя зыком по клитору.

И вновь — поцелуй-укус, жалящий, жадный и нежный.

Она закричала, прогибаясь ему навстречу, когда он заявлял на нее свои права. Слизывал каждую каплю ее страсти.

— Моя... Моя... Моя... — шептал он между поцелуями.

Сходил с ума от того, как она отзывалась на каждую его ласку. Да, он был в глубокой нирване. Он никогда не планировал выплывать из этой девчонки, что бы там она ни думала, и что бы ни думали окружающие. Только ему она принадлежит. А на все прочее — плевать!

Глава 19

Жасмин так и не уснула.