Игра
Какой урок я усвоил после того, как в прошлом году мои развлечения стоили моей хоккейной команде целого сезона? Больше никаких провалов. Больше никаких шашней, и точка. Как новому капитану команды, мне нужна новая философия: сначала хоккей и учеба, а потом уже девушки. То есть я, Хантер Дэвенпорт, официально принимаю целибат… и неважно, насколько это все усложнит.Но в правилах ничего не сказано о том, что мне нельзя дружить с девушкой. И не буду лгать: моя сокурсница Деми Дэвис – классная телка. Ее остроумный рот чертовски горяч, как и все в ней, но тот факт, что у нее есть парень, исключает любой соблазн до нее дотронуться.Вот только проходит три месяца нашей дружбы, и Деми одна и в поисках новых отношений.И она нацелилась на меня.Избегать ее невозможно. Мы вместе работаем над годовым учебным проектом, но я уверен, что смогу ей противостоять. Между нами все равно ничего не выйдет. У нас слишком разное происхождение, цели, противоречащие друг другу, а ее родители меня терпеть не могут.Мутить с ней – очень плохая идея. Осталось только убедить в этом свое тело – и сердце.
Я должен думать об игре, а не о Деми Дэвис.
Я: Я же сказал, этого не будет.
ОНА: Ты даже не подумаешь об этом? Даже ради меня?
Кто-то ударяет меня между лопаток.
– Эй, хватит фантазировать об отсосе за рулем, капитан.
Я поворачиваюсь и вижу, как Мэтт мне ухмыляется.
– Хотя, правда, круто, – хвалит он.
– Ты говорил мне это каждую утреннюю раскатку на этой неделе.
– Да, потому что это круто. Всегда хотел получить отсос за рулем.
– Я тоже, – сухо говорю я. – Как я каждый день и говорил, ничего не было. Серьга Деми зацепилась за мои штаны.
– Я получал отсос за рулем, – тянет Конор, расстегивая свою белую рубашку.
– Ты получал отсос везде, – парирую я.
– Неправда. Я никогда не получал… – Он напрягает мозги, пытаясь вспомнить место, где отсоса у него не было.
– Проблемки с этим? – подначивает Мэтт.
Фыркая, я стягиваю одежду и начинаю надевать форму. Мой телефон опять звенит, и я вспоминаю, что не ответил Деми.
ОНА: Прости. Я больше не буду об этом говорить. Я знаю, что это тебя напрягает.
Я: Нет, прости, я просто готовлюсь. Надо идти, потом поговорим.
Я добавляю эмодзи с поцелуем и сую телефон в карман снятых с себя штанов. Как только я надеваю экипировку, то сажусь на скамейку, чтобы обуться в коньки.
Конор сидит рядом.
– Что делаешь после игры? Мы хотим собрать людей. Ты с нами?
– Конечно. У меня никаких планов.
Он задумчиво склоняет голову.
– Ты правда не занимаешься сексом или дуришь на хрен нам голову?
– Не занимаюсь с апреля, – подтверждаю я.
– Господи. Это жестко. Я бы, наверно, сошел с ума, если бы не мог дать волю своим яйцам.
– Я не говорил, что не даю волю своим яйцам. – Я мрачно вздыхаю. – Просто я делаю это один.
– Все равно. Похоже на кромешный ад.
Я не могу сдержать смешок.
– Все не настолько плохо. Я даже привыкаю, что яйца постоянно синие."
"– Господи! – перебивает Баки, подходя с завернутым в кокон вонючим Пабло в одной руке и телефоном в другой. – Вы видели эту хрень? Инстаграм Пабло набрал десять тысяч подписчиков. Кто-то только что написал в директ, спрашивая, хотим ли мы сделать спонсированный пост об омолаживающем увлажняющем креме.
У меня падает челюсть.
– Это что, шутка?
– Никаких шуток. – Баки в недоумении качает головой.
– Омолаживающий крем? – вставляет Алек с озадаченным видом. – Как можно омолаживать? Возраст же не поменяешь.
– И как, черт возьми, это связано с яйцом? – Конор хохочет. – Мы должны намазать кремом его маленькую свиную морду и поставить его в позу для фотосессии?
Баки ухмыляется.
– Я отвечу им и узнаю.
Тренер входит в раздевалку, чтобы произнести свою обычную напутственную речь перед игрой, которая состоит из одного-двух предложений, не больше, а затем передает слово капитану или помощнику капитана, чтобы всех подбодрить.














