Игра
Какой урок я усвоил после того, как в прошлом году мои развлечения стоили моей хоккейной команде целого сезона? Больше никаких провалов. Больше никаких шашней, и точка. Как новому капитану команды, мне нужна новая философия: сначала хоккей и учеба, а потом уже девушки. То есть я, Хантер Дэвенпорт, официально принимаю целибат… и неважно, насколько это все усложнит.Но в правилах ничего не сказано о том, что мне нельзя дружить с девушкой. И не буду лгать: моя сокурсница Деми Дэвис – классная телка. Ее остроумный рот чертовски горяч, как и все в ней, но тот факт, что у нее есть парень, исключает любой соблазн до нее дотронуться.Вот только проходит три месяца нашей дружбы, и Деми одна и в поисках новых отношений.И она нацелилась на меня.Избегать ее невозможно. Мы вместе работаем над годовым учебным проектом, но я уверен, что смогу ей противостоять. Между нами все равно ничего не выйдет. У нас слишком разное происхождение, цели, противоречащие друг другу, а ее родители меня терпеть не могут.Мутить с ней – очень плохая идея. Осталось только убедить в этом свое тело – и сердце.
– Что это значит?
– Это значит, что он безумно привлекательный.
– Да, и он это знает, – говорит Гарретт со вздохом."
"Начинается первый период, и на льду появляется армия четырнадцатилеток Дина. Падает шайба, и центровая играет по ней вбрасыванием, обходит двух противников и делает пас защитнице. Девочки Дина хороши. Очень-очень хороши. А вот рефери – кучи отбросов.
– Что это было, черт побери? – орет Логан, вскакивая на ноги. – Они были в офсайде!
Дин на скамье весь покраснел от ярости.
– Офсайд! – гремит он, но рефери просто проезжает мимо него.
– Боже, он прекрасен даже в гневе, – выдыхает Деми. – Как вы это не видите?
– Мы прожили с ним четыре года, – сухо говорит Гарретт. – Нам хорошо известна его привлекательность.
– Как вам кажется, жизнь отличается, когда ты настолько красив?
Я наклоняюсь и тыкаю ее в бок.
– Это у тебя надо спросить. Ты же супермодель.
– О-о, спасибо, монах.
– Монах? – повторяет Гарретт.
– Потому что он на воздержании, – поясняет Деми.
Джи усмехается.
– До сих пор?
– Ага-ага…
– Не говори «ага-ага», – перебивает Деми.
– …вы же знаете, у меня стальная сила воли.
Остаток игры проходит хоть и на высоких скоростях, но совсем без соревновательности. Команда Дина разносит своего противника, забив пять голов и получив лишь один. Я отмечаю, что Дин – потрясающий тренер, он хвалит своих игроков каждый раз, когда они возвращаются на скамью. А одной девочке он даже долго шептал что-то на ухо между сменами линии, расточая свою мудрость. Когда она возвращается на лед в следующую смену, то играет по отскочившей от товарища по команде шайбе. Даже без гола за пазухой она улыбается Дину до ушей, когда ее линия уходит со льда. Это отличительная черта прекрасного тренера: он может заставить тебя почувствовать себя непобедимой независимо от победы или поражения.
После этого надирания задниц мы встречаемся с Дином в вестибюле.
– Мне надо скоординироваться с другими учителями, чтобы отвезти девочек обратно в отель, – говорит он. – Я поеду с ними на автобусе, но потом хочу куда-нибудь сходить. Я могу присоединиться к вам попозже.
– Тебе не надо остаться с девочками? – спрашивает Гарретт.
– Боже, нет. Их сопровождают родители, малыш. Я сделал свою работу и теперь хочу уйти на хрен отсюда. Я последние два дня был окружен девочками-подростками. – Но он говорит это в шутку, и я знаю, что он гордится сегодняшней игрой своей команды. – Вы с нами?
– А куда вы хотите пойти? – спрашивает его Деми.
– М-м-м. Ну, по субботам в клубе «Эксодус» латинские вечера.
Она закатывает глаза.
– Почему ты при этом посмотрел на меня? Потому что я латиноамериканка?
Он закатывает глаза в ответ.
– Нет, потому что ты задала мне вопрос, куколка.