Игра без правил
Андрей Воронин , Максим Николаевич Гарин , Максим Гарин
В салоне машины было тепло и уютно, монотонный шум двигателя убаюкивал, и Сергей не заметил, как заснул, уронив на колени руку с недоеденным хот-догом Покосившись на него, Комбат улыбнулся и, протянув руку, включил негромкую музыку, чтобы отогнать подкрадывающийся сон. Время от времени он бросал короткие взгляды в зеркало заднего вида, проверяя, не гонится ли за ним ""Тойота"" без лобового стекла, но потом решил, что это маловероятно: вряд ли после знакомства с ним у бандитов возникло желание продолжить прерванный разговор. К тому же оба наверняка нуждались в квалифицированной медицинской помощи, и им было не до разборок.
""Вот ведь чертовщина, – думал он, глядя на стремительно несущееся навстречу дорожное полотно, – опять я встрял в историю. Стоило пообещать себе, что буду тише воды, ниже травы, как – здрасьте-пожалуйста – опять драка. Хорошо хоть, что с милицией разбираться не придется. Вряд ли эти ребята станут жаловаться. Я бы на их месте точно не стал.""
Примерно на полпути он свернул на заправку и залил полный бак: мелочиться Рублев не любил. Большая, ярко освещенная заправочная станция была по-ночному пустоватой и какой-то не вполне настоящей, напоминая талантливо выполненную декорацию к фантастическому фильму, съемки которого должны были вот-вот начаться.
Так, наверное, даже лучше."" Они въехали в Петербург на рассвете. Двигаясь по начинающему просыпаться Московскому проспекту, машина Рублева, не притормаживая, миновала гостиницу ""Пулковская"" и неприметный дом напротив, на углу которого была укреплена табличка с указателем. Стрелка указателя загибалась вправо и вверх, приглашая желающих посетить ФОК ""Олимпия"" с десяти до двадцати двух часов ежедневно, кроме понедельника.
Глава 13
Напившись крепкого чая. Комбат посмотрел на часы и с хрустом потянулся, не вставая с табурета.
– Может, все-таки покемаришь часок-другой? – спросил Андрей Рублев у брата, зная, впрочем, каким будет ответ.
– Я что, спать сюда приехал? – возмутился Борис Иванович, крепко растирая ладонью сначала одну, потом другую щеку. Щеки были шероховатыми от проступившей за ночь щетины, и Комбат поморщился. – Вот побреюсь и поеду к Французову, пока он в свое училище не умотал.
– Так день же нерабочий, – сказала Наташа.

















