Я еще граф. Книга #8 (СИ)

— «Московские хроники». Вопрос победителю Универсиады. Скажите, Михаил, вы появились совсем недавно, и я думаю не секрет, что у вас амнезия. Отсюда у некоторых появляются вопросы. Например, как вы стали настолько сильны, хотя до этого были заурядным студентом? Анонимные источники уверяют, что у вас вовсе нет никакой амнезии, и вы просто скрывались. Что вы на это скажите?

Я только улыбнулся. Вот же гиены! Все им скажи да расскажи. Однако пока он говорил, Лора выдала парочку фактов. Например, о том, что его источники липовые. Юноша просто фантазировал на пустом месте.

— Забавное предположение, — улыбнулся я, включая простачка. — А можно посмотреть на доказательства? Ну или на кого вы там ссылаетесь? Люблю коллекционировать бредни. Иногда натолкнешься на вообще абсурдные вещи. Совсем недавно, когда я был в Москве, один пройдоха пристал ко мне с какими-то неопровержимыми доказательствами, но когда я обратился к своему юристу, то корреспондент оказался выдумщиком. Надеюсь, вы не такой?

— Снимаю вопрос, — быстро сел репортер. Молодец, понял, что не вывозит.

— Следующий, — сказал директор.

— Канал «Психическое здоровье». Хотелось бы задать вопрос Евгению Фанерову, — встала репортерша в розовом кардигане, который подчеркивал ее четвертый размер груди. — Многие знают, что у вас… скажем так… нездоровая тяга к Марии Кутузовой. Отсюда вытекает вполне обоснованный вопрос. Как вы собираетесь заводить наследников, если Мария не выказывает к вам никаких признаков внимания? Способны ли вы продолжить ваш род?

Парочка людей в зале напряглись. Судя по гербу на одежде, парни служили в охране рода Фанеровых. Скорее всего, они охраняли не своего господина, а глупых репортеров, которые задавали подобные вопросы.

Горький повернул голову и пристально посмотрел на Евгения.

Он прокашлялся и открыл рот.

— Я не хочу, чтобы вы у меня брали интервью, вы мне надоели, — махнул он на нее рукой. — Меня раздражают ваша розовая кофточка, ваши сиськи и ваш микрофон, — и в подтверждение он взял микрофон канала и раздавил одной рукой.

— Что вы себе позволяете?! — начала оглядываться репортерша в поисках поддержки. — Мы покажем это по телевидению!

— А? — наклонился он ближе, и несколько охранников непроизвольно дернулись в сторону репортерши. — Да мне пох*й, что вы покажете, так же как и вы. Не люблю непрофессионалов! — он откинулся на спинку стула и скрестил руки, чем немного успокоил охрану своего рода. — Непрофессионалам тут делать нечего. Или что, хотите, чтобы я ушел отсюда? Я уйду! — он посмотрел на директора, и тот еле заметно помотал головой. — Ну не уйду. Потому что уважаю ваших коллег, а вы отсюда уйдете. Все! — он хлопнул по столу ладонью. — Взяла и ушла отсюда! — он еще раз хлопнул рукой по столу.