Зацепить 13-го

Я рванул со стоянки, включил вторую передачу, а затем третью, забив на знаки «Осторожно, дети!», — только бы поскорее выбраться на шоссе.

Иногда мы тренировались у меня дома, в гараже, переоборудованном под спортзал. Но сейчас я чувствовал, что мне полезнее будет потратить полчаса и поехать в настоящий спортзал.

Я понимал, что, прочитав содержимое папки, переступил серьезную черту и вторгся в личную жизнь Шаннон, но не жалел об этом.

Черт, я же понял, что она уязвима.

Я не придумал свои ощущения.

Боль в глазах Шаннон мне не приснилась.

Боль была там, была самая настоящая, я распознал ее и теперь могу что-то с этим сделать.

Могу не допустить повторения всего, что было в той школе.

Это не повторится.

Только не в мою, мать ее, смену.

6. Проснувшиеся гормоны

ШаннонЯ получила сотрясение мозга средней тяжести. Меня оставили в больнице на ночь, чтобы пронаблюдать, и до конца недели освободили от занятий.

Честно говоря, я бы лучше все эти дни провела в больнице или сразу вернулась в школу, потому что неделя дома, где отец цепляется к тебе по поводу и без, — изощренная пытка, которой не заслуживает ни один человек.

Чудесным образом мне удалось пережить эту неделю. Я безвылазно просидела у себя в комнате, всеми силами стараясь избегать отца и его буйных перепадов настроения.

Вернувшись в школу, я готовилась встретить ливень насмешек и издевательств.

Со стыдом у меня было связано много трудностей, порой он сковывал по рукам и ногам.

Весь день я держалась настороже, обливаясь потом и находясь на грани паники. Я ждала: вот-вот начнется что-то знакомое.

Но ничего не началось.

Если не считать нескольких любопытных взглядов и понимающих улыбок парней-регбистов, видевших меня без юбки, на меня не обращали внимания.

Я не понимала, как столь унизительное событие могло пройти незамеченным и не вызвать разговоров.

Это казалось бессмыслицей.

Никто и словом не обмолвился о происшествии на спортплощадке в тот понедельник.

Как будто вообще ничего и не было.

Честное слово, если бы не затянувшаяся головная боль, я бы сама засомневалась, что вообще что-то случилось.

Дни превращались в недели, а это молчание сохранялось.

О происшествии мне не было сказано ни слова.

Никто и рта не раскрыл.

В этой школе я не была мишенью.

И я обрела покой.

Со дня случившегося на поле прошел почти месяц, и я незаметно втянулась в школьную атмосферу. Клэр и Лиззи постоянно были рядом.

Я поймала себя на том, что с радостью жду очередной поездки в школу.

Это было самым странным поворотом в моей жизни, учитывая, что большую ее часть я школу ненавидела, но Томмен-колледж стал для меня почти оплотом безопасности.

Выходя из автобуса, вместо прежнего ужаса я испытывала громадное облегчение.

Я радовалась возможности провести время вне дома.