Игрушка по неволе 2

Я бы сказал даже, что Батыр иногда тормозил меня в моменты, когда у самого не получалось остановиться, чтобы не наделать глупостей.

— Тихонов в порядке, — отчитывается Арман. — Киллер проник в палату под видом медицинского персонала и пытался отключить мужчину от аппаратов искусственного жизнеобеспечения. Батыр почуял неладное и бросился к нему. Тихонов жив. Батыр смертельно ранил киллера. Когда мы прибыли на место, киллер уже был мёртв.

— Что с Батыром?

Арман вздыхает, отводя взгляд в сторону.

— Что с ним? Где он?

Я начинаю терять терпение. Арман показывает рукой в сторону здания больницы.

— В здании. В палате реанимации. Врачи делают всё возможное, но шансов нет. Он будет на том свете самое большее через час.

Я бросаюсь в указанном направлении и торопливо надеваю предложенный медицинский халат поверх дорогого костюма. Врач, прооперировавший Батыра, сидит в коридоре и курит, наплевав на правила. На нём много крови. Разумеется, не его самого, а Батыра.

— Он в сознании?

— Был в сознании. Но шансов нет. Увы. Вы хотите с ним поговорить?

Я вхожу в палату и, увидев, побледневшего Батыра, понимаю, что он уже одной ногой в могиле. Впервые вижу смуглокожего мужчину побледневшим настолько, что его лицо стало почти одного цвета с сероватыми стенами палаты.

Врач вполголоса перечисляет ранения. Попросту говоря, ублюдок в упор расстрелял моего доверенного человека. С таким количеством серьёзных огнестрельных ран не выжил бы никто.

Я присаживаюсь на край кровати. Глаза Батыра уже помутневшие, дыхание сильно затруднено. Нахожу его руку и сжимаю похолодевшие пальцы.

— Родители… Мои родители до сих пор живут в Алматы… — шепчет он, с трудом переведя на меня взгляд. — Нужно сказать им. Я хочу туда, к ним.

— Да. Я знаю, где они. Я позабочусь. Всё сделаю.

Батыр слабо улыбается и прикрывает глаза, как будто благодарит меня. Из его рта вырывается кашель и по губам стекает струйка крови.

Он с трудом подносит руку ко рту и трогает кровь. Я пытаюсь быть спокойным, но мне сложно наблюдать за последними минутами его жизни.

Батыр что-то пытается сказать мне, его пальцы беспокойно перебирают простынь. Последний рывок и он замирает.

Взгляд моментально становится тусклым, стекленеет. Всё кончено.

Через некоторое время я прикрываю пальцами его веки и встаю с постели умершего. Вижу на светлой простыне криво начерченную четвёрку, которую рисовал Батыр перед смертью. Что он хотел сказать этим?"

"В голове туман. Тоска и злость на убийцу заставляют выйти из палаты, но у меня нет времени горевать по Батыру. Нужно найти того, кто это сделал! Подзываю к себе Армана:

— Теперь ты за главного. Опознали киллера?

— Опознали. Но он очень хороший наёмник, знающий своё дело. Не оставил следов. Пытаемся выяснить, кто ему заплатил.