Игры с огнем

Для чего?

— Прости меня, — зашептала я, вспоминая, что, по сути, Вольный еще совсем молод… был… — Да что же это? Почему я не могу с тобой проститься? Почему так сложно сказать последнее прощай? Почему ты не поможешь мне?

Дракон приблизился, и я почувствовала его тепло, его руки на моем лице, его пальцы, которые медленным движением стирали с лица дорожки слез.

— Просто отпусти артефакт, и я уйду.

Я замотала головой и спрятала камень за спину.

Вольный откинул голову назад и расхохотался.

— Ты как маленькая, Маша. Знаешь, именно это покорило меня в тебе тогда, в доме без крыши.

Ты с таким восхищение разглядывала звезды, а потом доверчиво уснула у меня на плече, свернувшись клубочком. Ты подарила мне настоящее тепло, которое переросло в пожар. Он меня выжигал изо дня в день. Я смотрел на тебя и плавился от желания прикоснуться к твоим губам, а потом и этого стало не хватать. Я хотел тебя всю целиком, хотел настолько сильно, что готов был презреть все правила и законы. — Вольный замолчал и посмотрел на меня очень нежно, так, как когда-то в стенах этой библиотеки, так, что мое тело налилось счастьем и благодарностью.

— Ты ни в чем не виновата, Маша, я совершил глупость, что позволил себе надеяться на твою любовь.

Но я люблю тебя! — Хотелось мне крикнуть в ответ. — А правда ли это? И что толку в моих словах для Вольного? Он за гранью миров, недосягаем для меня. Нужна ли ему любовь друга? Нет! Он точно хотел большего. Значит, просто разжать ладонь и потерять тем самым навсегда?

— Я больше никогда тебя не увижу?

— А ты этого хочешь?

— Хочу. — Совершенно уверенно ответила я."

"— Тогда найди меня и позови. — Вольный нагнулся к моим губам, и я встретила его с желанным стоном, погрузив в волосы свободную ладонь и сжимая другую так, что острые грани врезались в кожу, оставляя на ней капли крови.

Я чувствовала жар его тела, ощущала биение сердца, даже ткань рубашки прощупывалась так, как и должна была в нормальном мире. А потом Вольный скользнул руками по груди, и я выгнулась ему навстречу, приветствуя его ласки и отдаваясь им с жаждой утопающего.

— Маша, — простонал он, прерывая поцелуй. Ты сводишь меня с ума даже теперь. — Шептал он, смотря на меня расплавленным золотом своих глаз. Если мы завершим то, что начали, ты отпустишь меня?

Сотни вопросов взорвались в моем мозгу.

Неужели такое возможно? Как мы сможем сделать это? Отпустить? Навсегда?

— Ты хочешь уйти? — Спросила я его и увидела затаенную боль. — Ты думаешь, что нужен мне на одну ночь?

Тогда я отстранилась и выпустила камень из руки, ощущая в груди еще большую дыру, чем прежде.

Он прав, это всего лишь желание, неутоленная страсть, обида, заполнившая всю мою сущность. Я ничем не лучше мужа! Играю драконами, переставляя их на поле по своему усмотрению.