Игры с огнем

Как можно предать доброту и открытость хозяина, любовь Вольного и простодушную веру в меня Дакки? Даже если сердце выберет Драко, я сама не смогу отвернуться от них.

Вскоре моя кровь и мое имя дойдет до Черного Дракона, что тогда? Нужно успеть разобраться, где заканчивается мое собственное я и начинается я Белой Драконицы, а для этого я должна нащупать хоть одну ниточку, связанную с ней.

— Нет, Маша, тебе придется сделать это, — и я решительно натянула красный топ на голое тело, сверху накинула кожаный жилет. Со штанами я практически не расставалась, они служили защитой от падений и неудачных приземлений, каких, правда, еще не случалось. Но сегодня я предпочла коротенькие шорты, который втихую сотворила из старых джинсов. И не с помощью магии, а руками и ножницами, между прочим!

— Красотка, — сама себя не похвалишь, как говориться, но отражение в зеркале действительно радовало. Лицо открытое, загоревшее, глаза сияют, губы полные и спелые, распухшие от постоянного покусывания в моменты напряжения. А мое тело как будто налилось силой: плечи расправлены, спина прямая и небольшая упругая грудь гордо смотрит вперед.

Пребывание на воздухе пошло мне на пользу и придало сил и телу и душе. Я воспаряла духом на глазах, расцветала и все чаще ловила восхищенные взгляды Вольного и Дакии и довольные Дариэна. Я обожала его и по-своему боготворила: как строгого, но умного и проницательного учителя, как заботливого и доброго хозяина, как мудрого друга, готового помочь, понять и поддержать. Дариэн стал спутником моих частых прогулок по саду и настоящим рычагом, высвобождающим мою собственную магию. После всего этого я не смогу предать эту семью и отвернуться от нее, никогда!

В оранжерее царила гармония природы и рук человеческих, умело сплетаясь друг с другом на ухоженных клумбах и подстриженных кустах. Вольный устроился прямо в ярко-желтых цветочках, помяв половину из них, но выглядел при этом вполне довольным."

"— У тебя глаза как у кошки! А среди этого желтого великолепия они просто светятся довольством объевшегося сметаной кота! — рассмеялась я.

— Я дракон, милая, — протянул Вольный, — и счастлив сейчас как настоящий дракон в предвкушении сладкой добычи.

Неужели догадывается, — промелькнуло где-то внутри, а соски тут же затвердели и натянули ткань топа.

Вольный не отрывал от меня хищного взгляда, гипнотизируя и приманивая к себе в объятия.

— Полетели? — Произнес он невинным тоном, продолжая ласкать мои голые ноги взглядом.

— Так вот в чем дело? — Рассмеялась я облегченно. — Ты увидел что-то привлекательное?

Вольный теперь открыто рассматривал меня с ног до головы.

— Я давно это увидел, — сказал он голосом взрослого мужчины, — ты самая прекрасная драконица, которая мне когда-либо встречалась.