Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

— Мне говорили, что они все краснокожие.

— И с перьями на голове? К счастью, не все такие. И уж точно такие не сражаются в армии за свободу нации!

— А что, есть и такие?

— Разумеется. Вы помогли нам обрести свободу, теперь мы помогаем вам стать свободными.

— Вот это истинная правда! Мы братья! — патетически воскликнул начальник станции со слезами на глазах. — Мы должны чокнуться за здоровье братьев!

— Но только по стаканчику! — согласился Бац. Лучше было не возражать. Оставив Лауру под охраной Бире, который помогал перезапрягать лошадей, барон увел с собой Питу.

Они выпили по стаканчику очень кислого вина за старый союз братьев по оружию, потом вернулись к карете и принесли с собой кувшинчик для «брата-кучера». Несколько минут спустя, после долгого прощания, они все-таки выехали со станции. Дождь все еще шел, но уже не такой сильный. Лаура подумала, что он похож на мелкий, моросящий дождь Бретани.

— Что вы сказали этому человеку? — поинтересовалась она некоторое время спустя. — Мне показалось, что у вас был весьма занимательный разговор. Разумеется, я слышала не все…

— Я ему сказал, что вы любовница генерала Дюмурье и что вы ему необходимы для поднятия боевого духа.

— Ах, так вот почему он говорил о… — Лаура смущенно умолкла.

— Заднице? Да, моя дорогая. Не стоит бояться слов. С их помощью можно горы свернуть, если уметь ими правильно Пользоваться. Например, можно раздобыть лошадей в совершенно пустынном месте под проливным дождем. Но вы еще и не такое услышите.

Ореховые глаза искрились весельем. Бац взял руку молодой женщины и нагнулся, чтобы поцеловать ее. Он долго держал ее пальцы в своих, потом отпустил, и Лауре показалось, что в карете вдруг стало холоднее.

Руки Жана были такими сильными, такими горячими…

В окошке, через которое сидящие в карете разговаривали с кучером, показалась голова Питу.

— Куда мы едем? — спросил он."

"— Пока прямо. Приблизительно в одном лье отсюда, в Тиллуа, надо свернуть налево и двигаться дальше на север. Перед этим вам надо будет сменить вашу форму гвардейца на наряд менее оскорбительный для прусских глаз.

— Это легко! Достаточно поменять куртку и шляпу. Я все сделаю на ходу, не стоит ради этого останавливаться.

И в самом деле Питу мгновенно переоделся. К тому моменту, когда карета свернула с главной дороги, на козлах рядом с Бире сидел человек в ничем не примечательной одежде. Форма гвардейца была спрятана в сундук под сиденьем кучера. Правда, журналисту пришлось проявить при этом незаурядные акробатические способности.

Но все было уже в порядке, когда совершенно неожиданно, намного быстрее, чем они ожидали, из тумана надвигающихся сумерек выехали всадники.