Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

 — Но наступит день, когда Франсуа Шабо поднимется на эшафот, чтобы больше никогда не спуститься с него своими ногами.

Осужденные мужчины приняли смерть достойно, хотя в, их глазах застыл ужас. Они-то были уверены, что Шабо принес им помилование.

— Я тоже в это поверил, — пробормотал де Бац, — словно этот монстр, спокойно взиравший на сентябрьские массовые убийства и считавший их всего лишь пунктом своего плана по уничтожению аристократии, может принести кому-то помилование! Пойдем, гражданка, — громко сказал он, — смотреть больше нечего, и я провожу тебя домой.

Они покинули опустевший постамент и направились к улице Флорантена, Им пришлось сделать большой круг, чтобы обойти толпу.

Зеваки никак не хотели расходиться, не желая упустить ни одной детали, пропустить вывоза тел и смывания крови с эшафота. Людям также хотелось знать, останется ли гильотина здесь, как поговаривали в городе.

Гражданина Агриколя и его спутницу это мало интересовало, они шли достаточно быстро и вдруг наткнулись на Анжа Питу в форме солдата Национальной гвардии. Он оперся на парапет моста Турнан и задумчиво рассматривал здание мебельного склада.

Но де Бац ничего не знал о его возвращении. Забыв о своей роли, он обратился к молодому человеку своим обычным голосом, в котором слышались суровые нотки:

— Вы вернулись? Почему же вы немедленно не пришли ко мне?

Застигнутый врасплох, Питу резко выпрямился, от его расслабленной позы не осталось и следа. Он увидел перед собой старика в очках, седые волосы торчат из-под красного колпака, босые ноги обуты в тяжелые сабо, поношенная карманьола едва сходится на толстом животе. Только карие глаза, столь хорошо знакомые ему, сверкали от гнева за стеклами очков.

И потом этот неповторимый голос!

— Мы приехали только вчера вечером, — ответил Питу с изумлением. — Я собирался вас навестить, но сегодня утром мне пришлось заступить на службу.

— Мы? Так вы привезли ее с собой?

— Разумеется, иначе меня бы здесь не было. Мне казалось, я говорил вам, что последую за ней всюду, даже если она откажется возвращаться, потому что эти люди представляли для нее опасность."

"— Следовательно, вы бросили дело, которому якобы служили, ради этой непостоянной женщины? — с горечью заметил де Бац.

— Эта женщина не отличается непостоянством, она всего лишь несчастна… И она последовала за мной с радостью. Кстати, я успел вовремя. В ту ночь войска уходили из Анса.

Пока на них никто не обращал внимания, но Лали, зорко смотревшая по сторонам, решила, что это долго не продлится.

— Не выпить ли нам винца? — предложила она. — Ничто не сравнится с хорошим кабачком, когда нужно поговорить о делах.

— Я бы пропустил глоточек с огромным удовольствием, гражданка! Но мне дежурить еще целый час.