Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

И вот тогда нам может помешать нехватка денег…

Де Бац встал и подошел к зеркалу, висевшему над камином. Он поправил парик, очки и, убедившись, что его маскарад безупречен, повернулся к шевалье:"

"— Я вижу, что мне тоже придется поработать. Занимайтесь исключительно выходом из Тампля, а я возьму на себя все остальное — кареты, дороги, почтовые станции, корабль… Кстати, я полагаю, что Гавр нам не подходит. В ближайших к Парижу портах будет немедленно установлено строжайшее наблюдение, как только о побеге станет известно. Я бы предпочел добраться через Котантен до острова Джерси, где принц Буйонский готов принять августейшую семью.

— Это более долгий путь и более опасный, — заметил де Жарже.

— Но именно поэтому он и кажется мне предпочтительнее. Шевалье пожал плечами:

— Это еще надо будет обсудить. В любом случае мы должны рассказать обо всем участникам заговора. Когда мы в следующий раз соберемся в доме Лепитра…

— Опять он! Но этот человек умрет от страха еще до назначенного дня! Кстати, вы уже выбрали день?

— Я думаю, это произойдет в первых числах марта. Надо действовать быстро.

Король умер, теперь вся ненависть обращена на королеву… Где я смогу вас найти, барон?

— Через несколько домов от вас живет мой друг Балтазар Руссель. Он всегда будет знать, где меня можно найти. Я собираюсь сегодня переночевать у него.

Де Жарже удивленно поднял брови:

— Уж не хотите ли вы посвятить кого-то в наши планы? В мягких карих глазах барона сверкнула сталь:

— Руссель был среди тех, кто рисковал жизнью в день казни короля. Он должен был сопровождать подставного Людовика XVI, отлично сознавая, что его могут схватить, но это позволит настоящему королю бежать.

Если вы отказываетесь от его помощи, значит, я вам тоже не нужен.

— У меня нет выбора. Без вас мы, к сожалению, не можем обойтись.

— По меньшей мере честно! — усмехнулся де Бац. — Мы еще увидимся, господин де Жарже.

Жан вышел на темную улицу. Его вдруг охватило странное неприятное чувство, происхождение которого он не мог объяснить. Не то чтобы он не доверял Жарже. Шевалье был человеком прямым, настоящим рыцарем в духе Средневековья, презирающим опасность. Но его слабость таилась в том, что он и других людей считал скроенными на тот же манер.

Де Бац снова пожалел о том, что Лепитру отвели такую важную роль в плане: форма, паспорта, собрания заговорщиков в его доме… И кроме всего прочего — ответственность за побег королевы! Это уж, право, слишком. Всю дорогу до дома Русселя де Бац не мог избавиться от тревоги.

Двадцатипятилетний Балтазар был самым приятным и веселым собеседником, которого только можно было представить. Он жил на широкую ногу благодаря состоянию, доставшемуся ему от отца.