Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Анна-Лаура присела перед королем в реверансе, он поднял ее и сказал:

— Я знал о вашем благородстве, сударыня, но не предполагал, что вы проявите его в такую минуту. Вы так молоды!

— К чему дворянство, сир, если носитель титула не предан королю?

— Боюсь, моя дорогая, что ваше мнение разделяют немногие. Вам следовало почаще бывать у нас!

Молодая женщина с грустью заметила, как изменился Людовик XVI. Он был практически пленником в этом дворце, и ему пришлось отказаться от ежедневных поездок верхом, которые поддерживали его здоровье. Король любил лес, охотился каждый день и в любую погоду, а теперь его заперли в саду Тюильри. И поэтому ему не удавалось бороться с последствиями своего слишком хорошего аппетита. Король был крепок сложением и высок ростом — больше ста восьмидесяти сантиметров — и ему требовалась основательная, обильная пища. Людовик XVI располнел, а обычно румяное лицо приобрело землистый оттенок. Широкий разворот плеч отвлекал внимание от внушительного живота и двойного подбородка. Но взгляд , его оставался по-прежнему добрым, а его отвага, нежелание кровопролития и покорность божьей воле проступали еще явственнее, хотя король, возможно, и предчувствовал, что его ожидают впереди страдания…"

"Дамам, не жившим в Тюильри, отвели комнаты для ночлега. По просьбе Марии-Терезии королева разрешила маркизе де Понталек расположиться в одной спальне с принцессой. Но Анна-Лаура не воспользовалась этим разрешением и даже отказалась от предложения госпожи де Турзель занять ее комнату — сама гувернантка решила не отходить от детей. Анна-Лаура не хотела быть вдалеке от мужа, который, разумеется, намеревался оставаться рядом с королем. Впрочем, в эти ночные часы — с восьми часов вечера до четырех часов утра — во дворце никто не спал, кроме маленького дофина и короля, который позволил себе прилечь, отказавшись от обычного церемониала.

В десять часов вечера Людовик XVI держал совет с королевой, Мадам Елизаветой и своими министрами. Они пришли к заключению: либо атаковать на рассвете, либо попытаться прорваться к армии, оставив дворец на разграбление. Оба плана представлялись мало выполнимыми, и король отверг их. Он никогда не станет стрелять в свой народ, а неудачное бегство, закончившееся в Варение, не вызывало желания повторить подобную попытку.

В одиннадцать часов во дворце появился Редерер, генеральный прокурор, член муниципального совета, подчиняющийся мэру. Это был высокий, худой юрист из Лотарингии с душой парламентария. Он не относился враждебно к королю, но предпочитал абсолютной королевской власти конституционную монархию или даже республику. После возвращения королевской семьи из Варенна Редерер предложил арестовать короля.