Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Между тем Робеспьер лишь с еще большим тщанием принялся готовиться к грядущему торжеству, на котором он будет единственным героем — он, избранник Высшего существа! Ну, а потом народ сможет насладиться еще одним спектаклем. Люди увидят, как примерно накажут участников бесчестного заговора, друзей Баца. А там, возможно, удастся наконец добраться и до самого барона-призрака.

За четыре дня до праздника, 16 прериаля, или 4 июня, Робеспьера единогласно выбрали председателем Конвента, но спустя два дня председателем Клуба якобинцев стал гражданин Фуше, ненавидевший Робеспьера.

И это «но» сыграло огромное значение в дальнейшем развитии событий…

Несмотря на мольбы Жюли и самого Тальма и на настойчивые просьбы Давида приехать посмотреть на его творение, Лаура упрямо отказывалась идти на праздник. Ее американские друзья не пойдут, она боится толпы вообще, а та, что соберется на Марсовом поле, внушает ей ужас. Она знает, на что способны эти люди.

— Идите без меня, друзья мои, — сказала молодая женщина. — Вы потом мне обо всем расскажете.

А вот Жуану Лаура охотно дала разрешение отправиться на праздник: Жоэлю как очевидцу не было цены, она не сомневалась, что он будет совершенно объективен.

"

"На самом деле Робеспьер, Давид и тысячи людей, работавших целый месяц, как рабы, возводившие пирамиды, потрудились на славу. Огромный кортеж должен был провезти колесницу Свободы от Тюильри до Марсова поля, где планировалось развернуть основное действие. Давид дал волю своей тяге к гигантомании. На террасе Тюильри он выстроил амфитеатр, вокруг которого возвышались статуи Амбиций, Разногласий и Эгоизма, которые позже должны были взорвать братья Руджиери, мастера фейерверков.

В девять часов утра амфитеатр был уже полон, вокруг тоже теснилась толпа. Среди зрителей присутствовали депутаты Конвента в темно-синих сюртуках и шляпах с трехцветной кокардой. Каждый из них держал в руке маленький букет из искусственных колосьев пшеницы, васильков и маков. Молодые люди выстроились квадратами вокруг знамени своей секции, матери с букетами роз в руках вели за руки дочерей в белых туниках.

Раздался грохот барабанов, заиграл оркестр, и на вершине амфитеатра появился Робеспьер. Его тонкий силуэт, затянутый в шелковый фрак цвета небесной лазури, в белых кюлотах и чулках, почти не выделялся на фоне неба.

На голове был привычный пудреный парик. Он напоминал элегантного вельможу старого режима. В руке Робеспьер держал сноп пшеницы. В таком виде он и начал свою речь: «Наконец наступил великий день, который народ посвящает Высшему существу…»

Его речь услышали не все, потому что голос у Робеспьера был негромкий. Потом Неподкупный направился к Марсову полю. Тем временем статуи сгорели, а на их месте появилась статуя Мудрости.