Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Он сполз с дерева и опустился на колени — ноги не держали его. Жан надеялся, что сможет потом отыскать могилу Мари и отдать ей последний долг, но то, что он только что увидел, могло свести с ума…

Барон долго стоял на коленях у монастырской стены, закрыв руками лицо, и плакал. Он оплакивал очаровательное существо, вверившее ему свою жизнь; женщину, никогда ничего не просившую взамен, ни в чем его не упрекавшую. Она погибла, но не предала его… Он оплакивал своих погибших товарищей — этих отважных, веселых людей, самых близких его друзей, его братьев, которых никогда больше не будет с ним рядом.

Теперь Жан чувствовал себя абсолютно одиноким, и сердце в его груди казалось ему тяжелым камнем…

Только приближающийся рассвет заставил его подняться и побрести прочь…

Глава XV

РОКОВОЙ ВЫСТРЕЛ

Из Консьержери, этой «прихожей смерти», отправлялись только на эшафот, и Лаура об этом знала. Но не страх владел ее душой, когда она вошла под низкие своды тюрьмы. Ею владели гнев, отвращение и обида на судьбу, которая позволила ее злому гению снова нанести ей удар — в тот момент, когда она была наиболее уязвимой. Ведь только что погибли Мари, Дево, Руссель и другие добрые друзья Лауры.

Так почему потерявший всякий стыд и совесть Понталек оказался там же, рядом с подручным Робеспьера? После стольких неудачных попыток ее супруг все же добился поставленной цели. Теперь она умрет, а он никак не будет в этом замешан…

Лаура не задавала себе вопроса, узнал ее муж или нет. Вполне возможно, что он просто решил отправить на эшафот эту мисс Адамс, слишком похожую на его жену Анну-Лауру де Лодрен. Маркизу достаточно было упомянуть о ее присутствии в замке Анс и о дружбе с де Бацем, и ему больше не о чем было волноваться.

А Лауре оставалось только ждать смертного приговора."

"Было уже около десяти часов вечера, и в Консьержери все стихло; заключенные разошлись по своим камерам. Лауру привели в канцелярию, где ей пришлось по буквам диктовать свое имя и фамилию писарю: его способностей явно не хватало на то, чтобы справиться с простой орфографией. Потом ее передали тюремщику, позвякивавшему ключами, чтобы тот отвел ей пристанище, вне всякого сомнения, временное…

— Их увозят каждый день, а Мест все равно не хватает, — бурчал тюремщик, ведя Лауру по коридору.

 — Я тебя подселю к двум другим мерзавкам. Одна здесь уже давно, а другую привезли только что.

— Я хочу пить, — сказала Лаура. — Вы можете дать мне воды?

— У них есть вода. Может, они и дадут тебе напиться. Уже слишком поздно, и до утра ты ничего не получишь.

— Я не голодна.

— Вот и хорошо. Ну, а завтра тебе принесут все, что угодно, только плати. А если у тебя нет денег…

Лаура только развела руками, и тюремщик, оглядев ее простое белое батистовое платье, сразу все понял.

— Жаль.