Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Матюрина утверждала, что знает такого строителя — он живет в Динане, и что сама Мария де Лодрен частенько обращалась к нему, когда требовалось сделать ремонт.

— Осталось узнать, жив ли он еще! — заключила старая бретонка. — Если так, то все вам сделает как надо. Характер у него не дай бог, и они с мадам Марией частенько ругались в пух и прах, но в конце концов ладили, и она даже говорила, что чаще всего он оказывался прав. Его звали Лебихан, а жил он в верхней части города на улице Жерзуаль."

"— Самое лучшее — съездить туда и разузнать, — постановила Лаура. — Поеду в Динан, как только позволит погода.

Но погода стояла отвратительная. Ветер, дождь, снег бесконечно сменяли друг друга, если не случались одновременно, и полностью парализовали работу порта. Трудно было преодолевать даже короткие расстояния, ведь дороги превратились в жуткие топи. Но Лаура терпеть не могла, когда что-то получалось не так, как она задумала, — она топала ногами почти так же, как Элизабет. Наконец, в конце января, с наступлением новолуния, непогода унялась, как будто природа, устав от суеты, отправилась на покой.

— Завтра же выезжаю в Динан, — объявила за ужином Лаура, и в глазах ее плясали дерзкие искорки. — И если отыщу этого Лебихана, не исключено, что поеду дальше, в Комер. Надеюсь, Лали, вам экипаж не нужен?

— Мне даже Жуан не нужен! — подтвердила подруга, глядя с усмешкой на своего ученика, уже хмурившего брови. — Молодой Лоик, племянник Матюрины, которого мы тут наняли за время долгого отсутствия Жуана, — кучер отменный, но если вы поедете с ним, у Жуана сердце будет не на месте и, вместо прилежно выполненной работы, он наломает мне дров. А то и вовсе работу забросит! — поддела она его, отвечая на сердитый взгляд нового судовладельца.

Они выехали утром в прохладную погоду с легким ветерком и смогли даже погрузиться на паром, что позволило им затем выехать прямо на дорогу, соединяющую Динан с Динаром, вместо того чтобы давать крюк, минуя Шатонеф, и долго ехать вдоль широкого изгиба, образованного устьем реки Ранс. Несмотря на то что небо уже успели затянуть серые тучи, Лаура чувствовала себя счастливой, как никогда, и с улыбкой взирала на все, что встречалось им на пути: на мельницу у самой воды, на почерневший от времени гранитный дорожный крест, на белый дымок над трубой какой-то хижины. И все это казалось ей таким новым — ведь она смотрела на мир сквозь призму надежды. Экипаж карабкался в горку, туда, где торчала развалившаяся часовня. За ней дорога делала изгиб, поворачивая к песчаному берегу, где между скал росли только утесники[89] да мох. Они уже были на самом верху холма и начали огибать заброшенную молельню, совсем близко подъехав к ней, как тут вдруг из кустов выскочила какая-то женщина и кинулась к руинам.