Игры в любовь и смерть. Книги 1-3
Могла ли представить шестнадцатилетняя Анна-Лаура де Лодрен, выходя замуж за маркиза де Понталека, самого красивого из придворных короля Людовика XVI, какие жестокие испытания приготовила ей судьба? Если бы в день свадьбы в часовне Версаля ее спросили, какой она представляет свою жизнь, девушка ответила бы: «Счастливой!» Но маркиз де Понталек не принес ей счастья, он по-своему распорядился судьбой своей юной супруги. Анна-Лаура осталась одна перед лицом невзгод, выпавших на ее долю. Помощь друга и новая любовь не только удержали ее на краю пропасти, но и возродили к новой жизни, полной опасностей и захватывающих приключений.Анна-Лаура де Понталек исчезла в вихре бурных событий Французской революции. Все считают ее умершей, но она жива, просто сменила имя. Теперь ее зовут Лаура Адамс. Единственным смыслом жизни этой молодой женщины становится месть бывшему мужу — человеку, который повинен во всех ее несчастьях. Однако Лаура не может оставаться равнодушной к тому, что происходит вокруг. Страдания и гибель королевской семьи, кровавая власть террора заставляют ее вступить в борьбу за попранные идеалы добра и милосердия вместе с человеком, которого она имела неосторожность полюбить...С террором покончено, и во Франции 1794 года наконец-то распахнулись ворота тюрем. Вернувшись в свой родной Сен-Мало в Бретани, Лаура Адамс, она же Анна-Лаура де Понталек, мечтает лишь о новой встрече со своим возлюбленным, бароном де Батцем, из рода д'Артаньянов, потерявшим спасенного им короля Людовика XVII, и о том, как бы вызволить из Тампля последнюю узницу — дочь короля Людовика XVI, казненного на эшафоте. В Париже Конвент доживает последние дни, и игра в любовь и смерть становится как никогда жестокой. После пушек Вальми канонада вандемьера в щепки разносит судьбу Лауры: теперь она одна должна нести на своих плечах груз последней тайны Бурбонов, тайны женщины без имени, которую прозвали графиней Тьмы Содержание:1. Великолепная маркиза (Перевод: Ирина Крупичева)2. Кровавая месса (Перевод: Ирина Крупичева)3. Графиня тьмы (Перевод: С. Хачатурова)
— Вы из Кобленца?
— Да, я был и в Кобленце, и в Вердене, где сейчас находится король Пруссии. Герцог Брауншвейгский занял город без особого труда. Его войска, разорившие добрую часть Лотарингии, сеяли повсюду ужас. Солдат выводит из себя плохая погода, испортившаяся сразу, как они пересекли границу. Да, сто шестьдесят тысяч человек, которые обрушились на город, это вам не шутки.
— Значит, дорога на Париж открыта?
— Так оно и было бы, если бы генерал Дюмурье, назначенный командовать Северной армией, не вышел из Седана и не направился в район Аргонны. К этому времени он должен быть уже там.
— Идемте со мной! Питу, друг мой, проследите за тем, чтобы Дево принесли поесть в мой кабинет. Он явно голоден.
— Еще бы! — ответил молодой человек со смехом. — Я уже сутки не ел.
— А потом приходите к нам, Питу! В своем кабинете барон вынул из шкафа карту и разложил на письменном столе. Один угол он прижал лампой, на второй положил пресс-папье, а на третий поставил чернильницу.
— Смотрите! Вот высокогорье района Аргонны с его лесами. Это естественная преграда, которая защищает Париж с востока.
"— Он только что туда прибыл, барон. Ему надо перевести дух.
— И дать возможность Дюмурье перекрыть все ущелья?
— Вы полагаете, что Дюмурье опасен? Помимо того, что осталось от армии короля, в его распоряжении двадцать тысяч плохо одетых, плохо вооруженных, полуголодных неопытных солдат.
Де Бац с силой опустил кулак на стол. Чернильница подпрыгнула, из нее пролилось несколько капель.
— Нет! Я этого не хочу. Но как иначе напугать народ настолько, чтобы он пошел против Дантона, Марата и Робеспьера, приказавших устроить такую бойню?
— Бойню?
— Да, со вчерашнего дня в Париже убивают, перерезают горло, режут на куски представителей знати духовенства, арестованных после 10 августа и запертых в тюрьмах.
— Но как только пруссаки окажутся в Париже, их, вероятно, будет нелегко оттуда выпроводить? — предположил Анж Питу, входя в кабинет с подносом, заставленным тарелками с едой.
— У нас нет времени, так что приходится пользоваться тем, что предлагают.













