Я уже граф. Книга VII (СИ)

Терлась лишь парочка родителей, решивших пообедать, какой-то неприметный мужик у барной стойки да пара студенток из других институтов, которых вышибли с турнира. Идиллия, тишина и покой.

Есть мне не хотелось, так что я занял место у барной стойки.

Заказав кружку пива, я уставился в телек. Как раз рассказывали про Питерский институт. Новость последних дней.

'– В студии собрались эксперты-политологи. С вами я, бессменный ведущий Виталий Синицын, и сегодня мы попытаемся разобраться, кому выгодно нападение на институт, и какие последствия нас ждут. Слово проектировщику Санкт-Петербургского института, графу Сифонова Самсона Викторовича.

— В первую очередь, я бы хотел заметить, что здание простояло уже не один десяток лет, и было разрушено исключительно из-за воздействия извне. Судя по очагу разрушений, стены сложились внутрь. Словно там образовался вакуум…

— Но вы же понимаете, Самсон Викторович, что это полный бред?

— Не могу с уверенностью сказать. По крайней мере, то, что я вижу, выглядит странно."

"— Да у этого знатока рыльце в пушку! Он просто не хочет признавать, что построил бездарное здание! Подонок! Из-за тебя чуть не погибли дети!

— Кхм… А это еще один наш эксперт, а если быть точнее, один из представителей канцелярии, Владлен Вольфрамович Жирижлобский.

Он полагает, что это все…

— Да! Я полагаю, что это все инсинуации и подлог. Кто-то решил разрушить институт, чтобы было меньше магов-истребителей! А сейчас вы хотите свалить все на Европу? Ха! Дурдом!

— Да успокойте вы его кто-нибудь? Этот невежа и дальше будет нести полный бред!

— Борис Ефимович Кольцов, вашему вниманию.

— Да, благодарю. Я считаю, это спланированная атака Европейского конгломерата, чтобы разрушить государственные устои, ослабить границы и…

— Тупица! Не разбираешься в политике! Вот увидите! Кто-то хочет изнутри пошатнуть власть царя!

— Владлен Вольфрамович, пожалуйста.

Все мы знаем, что Его Величество еще переживет всех нас. Такой огромной мощи, как у него, не найти на планете.

— Да? Тогда почему он молчит? Пусть выйдет к народу и скажет, что не так? Объяснит, наконец… Отпустите меня! Подонки! Предатели! Всех расстрелять!'

Телевизор моргнул и выключился.

— Простите, голова болит от этого шума, — вздохнул неприметный мужчина, который сидел рядом.

 — Надеюсь, вы не против?

— Нет, что вы. Сам думал выключить.

Дальше мы сидели молча, погруженные в свои мысли.

— Сложный денек? — вздохнул мужчина, кивнув на кружку.

— Как и у вас…

Мы молча чокнулись и допили пиво. Мой новый знакомый оказался неплохим собеседником. Сказал, что тут проездом и ищет одного человека. Рассказал мне про семью, и о сестре одногодке. Сам он нездешний, и путешествует то тут, то там.

Я даже позавидовал ему.