Император деревни Гадюкино

Вторая, имя ей легион, считает застенчивость и нежелание конфликтовать слабостью и готова со счастливой улыбкой пинать того, кто не хочет выяснять отношения. Алка принадлежит ко второй. Сегодня ты согласишься остаться в вонючем номере, завтра тебе в ресторане подадут тухлую рыбу. Алла Михайловна понимает только язык пощечин, вот сейчас она тебя зауважала и будет впредь перед тобой ковром стелиться. И потом, ты заплатила немалые деньги за комфорт, испорченная канализация – не твоя забота.

– Мне не нужно уважение Аллы, – пискнула я.

– А мне не нравится, когда обижают мою бабу, – рявкнул Макс.

Я вытаращила глаза, но решила промолчать, Максим выглядел по-настоящему взбешенным. Потом скажу ему, что не надо называть меня «моя баба». Я свободная женщина, я ничья."

"Макс быстро зашагал по коридору, я поторопилась следом, пытаясь разобраться в букете непонятных эмоций. До сих пор никто не считал меня своей женщиной и никому не приходило в голову защищать госпожу Романову от неприятностей. Я справляюсь с невзгодами сама. Уйдя от мужа и похоронив Ефросинь[6] я превратилась в сильного, самодостаточного человека, независимого как в материальном, так и моральном плане.

Я больше не слабая, вечно больная незабудка, неспособная зашнуровать себе ботинки.

Но сейчас на секунду я вновь ощутила себя маленькой девочкой, у которой есть сильный папа, и растерялась от того, что испытываю к Максиму благодарность.

Глава 32

Едва мы вошли в номер Макса, как хозяин сунул мне листки:

– Читай.

Я села в кресло и углубилась в текст. Честно говоря, я подозревала, что в далеком прошлом четы Пронькиных есть некрасивая тайна, но правда оказалась шокирующей.

Настоящая фамилия Константина была Пронь.

Мальчик рос в неблагополучной семье. Непонятно, по какой причине он получил отчество «Львович»: своего отца ребенок никогда не видел, а вечно пьяная мать не могла сказать, от кого родила сына. Наверное, Алине просто нравилось имя «Лев». Когда Костику исполнилось шесть лет, маменька благополучно отравилась суррогатной водкой и умерла. Впереди замаячила перспектива детдома, но тут совершенно неожиданно отыскался Валерий, брат непутевой Алины, он взял племянника на воспитание. Валерий считался женатым человеком, но жил один в небольшой квартирке, служил оператором в газовой котельной, одевался неприметно, получал маленькие деньги. Сначала Костя радовался новой жизни: он теперь имел чистую постель, вкусную еду, игрушки, Валерий даже купил ему велосипед, а летом повез племянника на море.

Но классе в третьем Костя стал удивляться. Скромный оператор котельной, похоже, ни в чем не нуждался. Если одежду Валерий носил скромную, то на харчах не экономил, покупал мясо на рынке, приносил раздобытые невесть где деликатесы.