Император деревни Гадюкино
Мне, известной сыщице Евлампии Романовой, тоже надо иногда отдыхать – так, во всяком случае, считают мои близкие. Вот они и отправили меня в модный санаторий «Вилла Белла» с тайной надеждой, что я найду там себе богатого ухажера... Шутника Макса, сразу приклеившегося ко мне словно банный лист, я всерьез не приняла, а занялась привычным делом – расследованием преступления. Я случайно услышала, как медсестра Надя обвиняет одну из постоялиц санатория, Нину Пронькину, в убийстве какого-то факира. А вскоре и одна, и другая погибают при загадочных обстоятельствах. Помогать мне вызвался горе-ухажер, который то пластиковых тараканов отдыхающим в чай подбросит, то ботинки к полу приклеит...
Зачем сидеть сложа руки в ожидании конца?
Малышев кашлянул, а Макс попытался возразить:
– Мать очень любила своих детей, она не хотела причинить им вред.
– И поэтому разболтала незнакомой тетке про семейные тайны и свое будущее убийство? – ухмыльнулась я. – И ведь на первый взгляд сообщение Пронькиной о дочках, которые и шагу не дают матери сделать без присмотра, казалось правдой. Не успели мы разговориться, как материализуются детки. Сначала прибегает одна доченька и уводит мать, потом прискакивает другая и... сообщает о сумасшествии вдовы."
"Когда я в погоне за чемоданом-скороходом вломилась в спальню к Нине, то не увидела там коляски.
Есть лишь один правильный ответ на все вопросы.
– Хочешь сказать, что Пронькина подстроила свое убийство, сфабриковав улики против детей? – уточнил Макс.
– Да, – кивнула я, – вот в этом случае все пазлы встают на место.
Глава 34
– Оригинальное предположение, – хмыкнул Макс.
– Нина обладала буйной фантазией, – перебила я его, – в ее ноутбуке сохранилось множество сценариев для новогодних спектаклей. От рождения Нине Олеговне достался не только ангельский голос, но и способность к литературному творчеству, она с большим рвением писала пьески, готовя по пять-шесть вариантов развития сюжета.

















