Империя Греха

.

— Нокс, посмотри на меня.

— Нет.

— Я собираюсь ударить тебя и убедиться, что оставлю следы, ты, маленький придурок.

— Нет!

Вот тогда у меня открываются глаза.

Раздается звон, громкий, постоянный и без всяких перерывов.

Сначала я думаю, что все это у меня в голове. Звон.

Стук в черепе. Чертовы тени.

Моя голова — это то место, куда они идут, когда решают время от времени навещать меня, просто чтобы убедиться, что они все еще держат меня. Что маленький мальчик внутри, которого я медленно убивал последние двадцать лет, не умер.

Что он все еще дышит, все еще закрывает глаза, и ему снятся кошмары о тенях прошлого.

Он все еще живет со своими демонами.

Но звон не в моей голове. А откуда-то

рядом. Мой телефон.

Я хватаю его с бокового столика, закрываю глаза рукой, затемняя зрение. Свет ослепляет в моем состоянии после кошмара. В каком-то смысле я становлюсь единым целым со своими тенями, жаждущими тьмы и неспособными существовать вне ее. Так что, свет и я никогда не были по-настоящему близкими друзьями.

— Лучше бы у тебя была веская гребаная причина звонить мне так рано утром.

— Ее Величество королева позвонила и сказала: «Извините за ваш чертов французский».

— Уверен, что она также сказала тебе пойти подрочить.

Он притворно ахает.

— Как ты смеешь вкладывать такие нецензурные выражения в ее уста?

— Есть ли причина для твоего звонка, Дэн?

— Богохульство! Что может быть важнее королевы?

— Мое время для сна. — хотя он действительно разбудил меня от кошмара, так что я должен быть благодарен, на самом деле. — Итак, ты мертв?

— Очевидно, что нет.

— Ты находишься в затруднительном положении и нуждаешься в помощи?

— Не совсем.

— Тогда перезвони мне, когда не будет раннего утра.

— Во-первых, пошел ты. Во-вторых, я, кажется, говорил тебе, что сегодня мы играем в гольф с мэром, и ты должен был приехать около... пятнадцати чертовых минут назад. И, наконец, сейчас не раннее гребаное утро.

Я убираю руку от глаз и смотрю на время на телефоне. Конечно же, уже больше десяти.

Учитывая, что я не из тех, кто спит дома, это так же странно, как трахаться боком.

— Где ты, черт возьми, вообще находишься? — спрашивает Дэниел, с каждой минутой становясь все более нетерпеливым.

Он в веселье и играх, пока все не пойдет не по его плану.

Хотя большинство его планов отстой, и иногда они слегка импульсивны, что может сыграть определенную роль в огромном количестве людей, которых он привлекает на ежедневной основе.

Он мой единственный британский друг в Штатах. Мы вместе изучали юриспруденцию, вместе окончили университет и теперь работаем вместе.

Мы даже трахались вместе. Не он и я. Между нами, всегда была девушка.