Имперский союз

Еще больше он удивился тому, что, с виду мягкая и гибкая, защита удержала пистолетную пулю, выпущенную почти в упор.

Когда Шумилин разделся по пояс, Николай охнул, а лакей всплеснул руками. На загорелой коже бывшего опера красовался здоровенный багровый кровоподтек.

– Да, Александр Павлович, – сочувственно сказал император, – а вам повезло. Если бы не этот ваш панцирь, – он кивнул на лежавший на полу бронежилет, – то я бы с вами вряд ли сегодня разговаривал.

Лакей принес с кухни завернутый в полотенце кусок льда и приложил его к ушибленному боку. Второй лакей принес стакан вина.

По настоянию Николая, Шумилин выпил вино, после чего почувствовал, что боль стала стихать, глаза начали слипаться. Он понял, что засыпает.

Проснулся Александр часа через три. Он лежал на мягком диване, накрытый шерстяным пледом. В комнате никого не было, однако через неплотно закрытую дверь в соседней комнате был слышан негромкий разговор. Прислушавшись, Шумилин понял, что там по-французски беседуют царь и Бенкендорф.

Александр не знал французского, но отдельным фразам и знакомым словам понял, что речь шла о нем, докторе Кузнецове и Денисе.

Пару раз прозвучало имя Адини.

Шумилин прокашлялся. Разговор оборвался, и в комнату заглянул сначала император, а потом граф Бенкендорф.

– Ну, вот и наш раненый проснулся, – с улыбкой сказал Николай, – как вы себя чувствуете, Александр Павлович?

Шумилин потянулся, потом, заметив, что лежит на диване раздетый до трусов, стыдливо завернулся в плед."

"– Все в порядке, ваше величество, – сказал он, – бок побаливает, но это скоро пройдет. Доктор Кузнецов быстро меня вылечит. Кстати, он еще не приехал?

– Приходил слуга князя Одоевского и передал записку, – сказал Бенкендорф.

 – Ваши друзья уже совершили переход в наше время и сейчас едут с Черной речки прямо сюда. Думаю, что не позднее чем через час они будут здесь.

Шумилин бросил взгляд на свою одежду, аккуратно разложенную на стульях рядом с диваном. Поняв, что гость хочет одеться, Николай тактично прокашлялся и предложил Бенкендорфу выйти на время в соседнюю комнату…

А через час с небольшим, как и предполагал император, в Аничков дворец прибыли гости из будущего.

Сначала Александр услышал звонкий голос Ольги Румянцевой, а потом и чуть хрипловатый баритон Алексея Кузнецова. Сердце его сжалось – всего ничего времени-то прошло, а он уже успел по ним соскучиться.

– Здорово, Шурик, – сказал Алексей, заходя в комнату, – ну ты и дел тут успел понаворочать! Сейчас отправим тебя в Питер, прямиком в госпиталь. Там рентген сделаем, если надо – и УЗИ.

– Ладно, Леха, потом, все потом, – отмахнулся от друга Шумилин, – как там дела у нас?

– Нормально все, – сказал Кузнецов.