Имперский союз

Там их поджидала карета, в которой сидел император, граф Бенкендорф и юная пятнадцатилетняя великая княжна Александра Николаевна – любимица всей царской семьи. Она была удивительно красива и грациозна, чертами напоминая покойную бабку, прусскую королеву Луизу, считавшуюся в свое время самой прекрасной женщиной Европы. Перед ее чарами не устояли ни император Александр I, ни Наполеон Бонапарт.

Похоже, что отец рассказал ей о грядущем путешествии, и она с удивлением и испугом смотрела на гостей из будущего. Император прижал ее к себе и ласково погладил по голове.

"

"– Ничего не бойся, Адини, – шептал он ей на ухо. – Хотя они пришли к нам из будущего, но люди они замечательные, честные, а главное, готовые помочь нам. Слушайся их во всем. Помни, что в их времени несколько другие, чем у нас, нравы, одежда и обычаи, поэтому старайся им следовать, чтобы не выделяться и не обращать на себя ненужного внимания. Если что-то тебе покажется непонятным и странным, спрашивай совета у Ольги Валерьевны. Она будет тебя сопровождать, подсказывать – словом, станет твоим проводником в чужом и непривычном для тебя мире.

А главное, слушайся во всем Александра Павловича и Алексея Игоревича. И тогда все будет хорошо. Кроме того, охранять тебя от возможных напастей и неприятностей в их мире будут два молодых человека – Николай Сергеев и Дмитрий Соколов. Желаю тебе удачи, и… С богом! – громко сказал Николай.

Он поцеловал дочь и перекрестил ее на прощание. Выбравшись из кареты, император представил великую княжну гостям из будущего.

– Александр Павлович, Алексей Игоревич, Ольга Валерьевна, – сказал он, – я вручаю вам свою самую большую ценность – любимую дочь.

Я буду молить Господа, чтобы с ней в вашем времени ничего не случилось, и чтобы ваши, Алексей Игоревич, медики сделали все, чтобы моя Адини жила еще долго и счастливо. Помните – я ничего не пожалею, я готов на любые расходы, лишь бы не произошло то, что произошло в вашем прошлом.

Александра с удивлением посмотрела на отца. Видимо, жалея ее, Николай не стал рассказывать дочери о ее ранней кончине в 1844 году.

Тем временем пошел условленный час, и в воздухе запульсировала изумрудная точка, которая стала медленно превращаться в сияющий овал.

Скоро он увеличился до двух метров и замер, коснувшись земли. Из будущего в прошлое с улыбкой смотрели Антон Воронин, Виктор Сергеев и Дмитрий Соколов. Ротмистр, увидев императора, перестал улыбаться и бочком-бочком переместился вглубь бокса. Сергеев-старший был одет по моде XIX века, из чего следовало, что он собирался в прошлое. Рядом с ним стояли на полу бокса большой чемодан и набитый битком огромный рюкзак. Похоже, что с собой Виктор прихватил солидное «приданое».