Имперский союз

Как мне донесли мои люди, коим я поручил наблюдать за квартирой князя, вокруг дома на Фонтанке последнее время околачиваются какие-то темные личности, пытающиеся завести подозрительные разговоры с прислугой, лакеем и кучером князя.

– Да, пожалуй, так надо и сделать, – согласился Шумилин. – Тем более что подошло время княгине показаться врачу. Ну, а князь Одоевский, вполне естественно, будет сопровождать супругу в этом путешествии. Майор, теперь вы понимаете – почему наши друзья отправились в рискованное путешествие в Лондон? Уж очень много интересного для нас знает мистер Уркварт. После того, как в будущем с ним поработают специалисты по допросам, нам удастся узнать немало о людях, которые, находясь в России, думают об интересах Британии. Много, очень много чего замыкалось на этом бешеном шотландце.

– Александр Павлович, можно я задам вам вопрос, который вы можете посчитать чисто личным? – майор слегка покраснел и замялся. – Как там Надежда Олеговна? С ней все в порядке?

– Все в порядке, Дмитрий Григорьевич, – Александр лукаво усмехнулся, чем совсем вогнал Соколова в краску. – Скоро Надя будет здесь вместе со своим отцом, моим сыном и Колей Сергеевым. Как я вижу, майор, эта девица вам запала в душу? Что ж, мадемуазель Щукина красива, умна, но она совсем не похожа на женщин вашего времени. Ну, если и похожа, то только на ее тезку – Надежду Дурову, знаменитую «кавалерист-девицу». Вам с ней будет нелегко. Но, как я полагаю, вы не боитесь трудностей?

Майор Соколов молча кивнул. Действительно, Надин – так он называл про себя дочь подполковника Щукина – настолько отличалась от знакомых ему девиц, насколько горный орел отличался от кур, бродящих по деревенскому двору. Но его как магнитом тянуло к этой красавице из будущего, и он ничего не мог с собой поделать.

Шумилин, заметив смущение своего собеседника, рассмеялся и похлопал майора по плечу.

– Ничего, Дмитрий Григорьевич, не так страшен черт, как его малюют. Мне кажется, что и Наденька питает к вам определенные чувства. Так что у вас есть шанс завоевать ее сердце. Ну, а руки ее вы попросите у Олега Михайловича. Полагаю, что он не будет возражать против выбора своей дочери. Так что давайте вместе ждать их возвращения. И не забывайте, о чем мы с вами сегодня говорили…

Ах, сердце…

Погода на Балтике была благоприятной для плавания. Дул ровный попутный ветер, и «Ласточка» с каждой милей приближалась к Кронштадту. Вот уже шхуна миновала Ревель, и до прибытия в Петербург оставалось совсем ничего. Степан Попов, после того, как стал свидетелем сеанса радиосвязи, уже не с таким удивлением наблюдал за тем, как его таинственные пассажиры переговаривались с Петербургом."

"Но теперь отставного мичмана мучило любопытство.