Индульгенция 1. Без права выбора

Удар ладонью по земле, и «Темный каток» пополз по арене, превращая её в ледяное поле. Кривдин поскользнулся, но успел выпустить очередной шар «Темного пламени», который прожег мне бок.

Мелкие, но острые сосули устремились к нему и, разом перегрузив щит, вошли в его тело.

Тот явно не ожидал от меня подобного и охренел от появившихся многочисленных ран. Тонко завыл от боли — прям музыка для моих ушей!

Дальше пошел просто замес на истощение…

Мы уже оба были измотаны, но ни хера я не сдамся. Сдохну, но только после него.

Кривдин, истекая кровью, создал огромный огненный меч из «Темного пламени» и бросился на меня.

Едва стоя на ногах, я ответил ледяным клинком, созданным из «Темного льда». Наше оружие столкнулось с грохотом, начав извечный танец льда и пламени.

— Ты… никогда… не победишь! — выдохнул Кривдин, сжимая меч.

— А ты… слишком… много болтаешь, — сквозь зубы ответил я, чувствуя, как силы покидают меня.

Собрав последние их остатки, я резко оттолкнул Кривдина и поднял руку вверх. Над ареной сформировалась гигантская глыба «Темного айсберга», в которую я вложил всё, что ещё оставалось, а после она обрушилась на Валеру. Тот попытался защититься «Темным пламенем», но лёд пробил его защиту, пригвоздив к земле.

Так он и лежал, истекая кровью, но всё ещё пытаясь подняться. Я, шатаясь, подошёл к нему и опустился на колено.

— Ну что, падаль, доволен?

— Сука. Ненавижу! — прохрипел он. — Ты не победил!!!

— Ну тогда сдохни, — встав, я поднял ногу и опустил ее на шею этого урода. Умереть быстро я ему не дам.

— Довольно! — прозвучал над ареной громкий голос, и неведомая сила подхватила меня и оттащила на другой конецполя боя.

Зарычав, как голодный зверь, я попытался вырваться, но держали меня крепко. Оставлять в живых недобитого врага — верх глупости! Но увы… Добить его мне не дали.

— Победил Видар Раздоров, — теперь я узнал, кто это говорил — император. — За жизнь наследника рода Кривдиных предлагаю заплатить выкуп. Никому тут не нужны бесполезные смерти молодых аристократов.

— Пусть с моим отцом договаривается, -прохрипел я, с ненавистью глядя на застывшее тело.

— Закончим на этом.

И путы с меня спали. Неудачно. Потому как ноги не держали и я сразу рухнул. Больно. Ребра послали меня на хрен и, по ощущениям, покинули организм, напоследок мстительно ткнув куда придется."

"Но буквально через мгновенье я почувствовал, как живительная сила вливается в меня, восстанавливая повреждения. Стало так тепло и уютно, что захотелось заснуть. Но я держался. И был собой очень горд. Я смог победить его, будучи заведомо слабой стороной! Но ничего. Я освоюсь, я это умею, и скоро все охренеют от моей крутости.

* * *Кристина, наблюдая за этим цирком, поймала себя на мысли, что улыбается.