Индульгенция 1. Без права выбора

Внутри сразу будто глыба льда образовалась, но, как ни странно, боль совсем прошла.

— А у тебя тут ниче так. Симпатичненько, — раздался у меня голос в голове.

— Навка?

— А ты Симаргла ожидал?

— Это еще кто?

— Не важно. Мерзкие они — не люблю. И псиной воняют. Увидишь такого, беги сразу и держись от них подальше. Темный светлому не товарищ. Но это все лирика. Я освоилась, есть тебя пока не буду, но поспеши. Раны чуть залатала, источник защитила, и если нападут, смогу помочь. Так что поскакали в ритме бешеного тушканчика. Можно с песней, но я не настаиваю.

— Юмористка хренова, — сказал я, а после принялся одеваться. Боль пока прошла, а бегать босым, да по холоду — не самая удачная мысль. Еще простыть не хватало.

Шаг, другой — ноги держат твердо и не болят. Хорошо, нет, даже замечательно! У меня вообще ничего не болит!!!

Я осторожно выглянул за дверь — тишина, темно. Ночь, видимо. Вышел наружу, вдохнув свежий воздух. Прислушался к себе — Навка сидела тихо. Осмотрелся, пытаясь сообразить, куда идти. Ночное зрение, которого у меня никогда не было, работало отлично, и я все видел будто днем.

Глянул направо — могилы, глянул налево — опять могилы.

— Да-да, глянул назад, тоже могилы, -раздался в голове нетерпеливый голос. — Хватит тупить, иди прямо! Через метров триста увидишь старую часовню — держись от нее подальше. На ней светлый знак, который меня обнаружит. Обойди ее по дуге и как раз выйдешь к выходу.

— Приказ ясен, разрешите выполнять? –вытянулся в струнку я.

— Вольно, салага. Приступай.

— Вообще-то я Старший отрок, а не какой-нибудь доходяга, — обиделся я.

— Отставить разговорчики во время задания! Шевели булками — тысячником станешь.

Ну, надо, так надо. Еще раз огляделся и рванул туда, куда сказали. Несся как ветер, затылком чуя приближающийся холод. Часовню увидел издали и резко забрал вправо. Земля была рыхлой, иногда встречались обломки каменных плит. Постоянно приходилось смотреть, куда ноги ставишь. Босиком я бы тут точно не набегался. А уж в полной темноте уж тем более, потому как и так один раз едва не рухнул в глубокую яму от могилы. Старую, с обсыпавшимися краями, но в которой вполне себе можно было все кости переломать, если влететь в нее с разбегу.

— Поднажми, нас спалили! — раздался в голове голос Навки.

— Сам знаю, — огрызнулся я, чувствуя, что холод за спиной еще приблизился, и уже стали слышны завывания. Оглядываться назад не хотелось, поэтому только вперед. Ага, вот и ориентир — длинная ограда, значит, выход близко. Однако вой позади меня еще ближе.

— Быстрей!!! — подстегнула меня Навка.

— Да куда уж еще, — однако я прибавил. И откуда только силы взялись? В спасительную калитку я не выбежал — выкатился, удачно споткнувшись о подвернувшийся камень.