Интервью для Мэри Сью. Раздразнить дракона
Попала в другой мир, да не абы как, а из огня — в полымя… Да где наша журналистская братия не пропадала! Дала клятву, которая грозит смертью… теперь только и остается, что выполнить зарок. Встретила дракона, что ненавидит людей… это уже из разряда супербонуса затейницы-судьбы. Все это обо мне, скромной студентке журфака, с которой случилась одна досадная неприятность — я немножко умерла. Теперь мне нужно выжить в мире, где в небе среди облаков парят твердыни — земли драконов, кнессы урядов делят между собой власть, а правду отстаивают на божьем суде с помощью меча. И это бы даже легко удалось, если бы за тем артефактом, что я получила вместе с шансом на новую жизнь, не охотилась тьма людей и нелюдей… Когда враги пытаются достать тебя ядом, каленым железом и чернокнижным колдовством, единственным щитом становится любовь. Но вот готов ли к ней тот, у которого я, попаданка, собралась взять интервью?
— Пытаешься испепелить взглядом… Похвально, конечно, но огонь добывают немного другим способом.
Нельзя злить уже злую женщину, иначе окажешься не просто в луже, а по шею в воде. В воде Стикса.
— Например, наступить на хвост чересчур языкастому дракону? — нарочито заинтересованно спросила я.
— Зачем? — не понял Брок.
— Чтобы огнеструйный ящер от неожиданности плюнул сгустком пламени и наконец-то поджег этот сушняк. Ведь из нас двоих именно ты имеешь талант к поджигательству.
— Зато маг из нас двоих — ты, — парировал Бок.
— С чего это я маг?
— А как ты нейтрализовала плетение клетки?
Я лишь восхитилась пронырливостью одного ушлого ящера.
"— Я ни разу не маг. И являюсь только счастливой обладательницей одного родового проклятия.
— Интересно, какого? — сложив руки на груди, полюбопытствовал дракон.
— «Жить на одну стипендию», — в тон ему выплюнула я.
Дракон завис. А я наконец-то разглядела его «добычу» и, не удержавшись, протянула:
— Ты издеваешься?
Увы, Брок не издевался.
Я с сомнением разглядывала гипотетический ужин, и отчего-то приобщаться к изыскам французской кухни мне хотелось все меньше и меньше.
— Слушай, а эта… — замялась, подбирая подходящее слово. Туша размером с крепкое мужское бедро больше всего походила на тритона.
— Почему нельзя? — изумился Брок.
— Ну вдруг это будет считаться актом каннибализма? Ведь он… она… — Я никак не могла определиться, и решила поступить, как Фурсенко с «кофе»: — Оно чем-то напоминает дракона.
Я не лгала: тело добычи покрывали кожистые наросты и складки. Конечности — короткие, мощные, венчали огромные когти. Широкий длинный хвост с шипастым наростом на конце в два раза превышал длину самой твари.
В общем, милая до жути зверюшка, способная с легкостью перекусить мою ногу. Сплошной дракон в миниатюре, только склизкий и без крыльев.
Брок закашлялся.
— Лекса. — Его губы произнесли мое имя и не смогли скрыть незлобивую усмешку. — Поверь мне. У тебя гораздо больше общего с морковкой, чем у меня с болотным жбыхом.
Я лишь хмыкнула над его «морковкой».














