Интервью для Мэри Сью. Раздразнить дракона
Попала в другой мир, да не абы как, а из огня — в полымя… Да где наша журналистская братия не пропадала! Дала клятву, которая грозит смертью… теперь только и остается, что выполнить зарок. Встретила дракона, что ненавидит людей… это уже из разряда супербонуса затейницы-судьбы. Все это обо мне, скромной студентке журфака, с которой случилась одна досадная неприятность — я немножко умерла. Теперь мне нужно выжить в мире, где в небе среди облаков парят твердыни — земли драконов, кнессы урядов делят между собой власть, а правду отстаивают на божьем суде с помощью меча. И это бы даже легко удалось, если бы за тем артефактом, что я получила вместе с шансом на новую жизнь, не охотилась тьма людей и нелюдей… Когда враги пытаются достать тебя ядом, каленым железом и чернокнижным колдовством, единственным щитом становится любовь. Но вот готов ли к ней тот, у которого я, попаданка, собралась взять интервью?
Но именно эту гламурную фифу мне отрядили в наперсницы и соавторы статьи. Бонусом шел фотограф, относительный мастер репортажной съемки. Относительный, потому что относился к ней спустя рукава, хотя кадры выходили отличными.
Впрочем, этот фотолодырь так же наплевательски снимал и свадебные шабашки, которые приносили ему гораздо больше, чем пресловутая зарплата в «Сплетни live». Своей работой в журнале он козырял, пуская пыль в глаза «левым» заказчикам его услуг.
В общем, после планерки я находилась в том состоянии, когда материться хочется, а нельзя. Подошедшая ко мне Южная подлила масла в огонь своим заявлением, что-де к режиссеру она не поедет, а доверит эту почетную миссию мне.
Речь Южной была сладкой до тошноты. Лика вообще всегда разговаривала так, что после пяти минут общения с ней непременно хотелось выпить стакан простой воды, чтобы во рту не было так приторно. Вот только за этим рахат-лукумом торчала во все стороны, как антенны из подводной мины-ежа, банальная правда: над статьей придется корпеть мне одной, а в печать она уйдет за двумя подписями.
"Лика же наверняка весь день просидит в офисе, зависая во «вкашечке» и «мордакниге», прочирикает в «Твиттере» со своими заклятыми подружками о моде и макияже. Но самое главное — назовет это все умными словами «мониторинг личных данных Артура Бейметова в социальных сетях».
А по итогам: лавровый венок — Юпитеру, «травку», в смысле, «капусту» (жаль, что не долларовую, а рублевую) — быку.
Лика все еще щебетала, а я еще раз убедилась: те, кто утверждают, что наглость — второе счастье, беззастенчиво врут. Первое. Но я прикинула, что стипендия — это, конечно, хорошо, но когда остается лишь она — это уже плохо.
Потому, нацепив на лицо самую идиотскую из своих улыбок, заверила: таки интервью возьму и все будет в лучшем виде.
От такого простого вопроса Лика сморщилась, как от неожиданно неприятного запаха сероводорода, который вдруг исторг из себя флакон с надписью «Шанель № 5». Она манерно поджала искусно нарисованные губы, но все же ласково (вкупе с неприязненным взглядом — убийственное сочетание) пропела:
— Наверняка. Игорь Сергеевич всегда поощряет понятливых сотрудников.














