Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Дженна Джеймсон, слу­жители массажных салонов и парень, который моет пол в будках пипшоу, — все они работают в сфере секса. Девицы в розовых футболках, продающие вибраторы из перераба­тываемых материалов, — нет. Пикантные эротические филь­мы, появившиеся во Франции в шестидесятые, во время студенческой революции, — это не порнография. А вот когда трахают собаку — это порнография. Практически выходит: чем больше вероятность того, что женатая пара станет смотреть продукцию сексуального рынка в целях укрепле­ния своих отношений, тем менее порнографический ха­рактер носит данная вещица.

lundi, le  1 mars

Я все еще у родителей, сплю на диване, подыскиваю хорошего массажиста и без конца пью какую-то дрянь, основу которой составляет текила. Тут есть со мной кош­ка, которая, как только завидит меня, так лезет ко мне на колени и заводит свое урчание, словно включает где-то там у себя маленький моторчик. Такая теплая и пушис­тая — становится сразу ужасно уютно и даже появляется игривая мысль никогда больше не возвращаться в этот дурацкий Лондон.

Чушь собачья! Через пару дней я буду опять дома. И сразу надену свое новенькое светло-голубенькое, про­зрачное, как паутинка, белье.

mardi, le 2 mars

Такова, вероятно, судьба каждого — бояться старости. Когда ты молод, кажется невероятным, что когда-нибудь ты станешь таким же старым, как и твои родственники — и столь же невероятным представляется, что когда-то они тоже были, в свою очередь, молодыми.

Страх этот начинает подкрадываться, когда проходит твоя первая молодость. Глаза стариков на улицах — людей, которых ты и не замечал совсем недавно — глаза эти, ка­жется, впиваются тебе прямо в душу. Кажется, что они говорят, причем именно тебе: и ты скоро будешь на на­шем месте.

Совсем недавно я увидела картинку из своего собствен­ного будущего. Или, если быть совершенно точной, не увидела, а услышала.

Я была дома. Моя мать разговаривала о чем-то с бабуш­кой на кухне. Они не знали, что я сидела в соседней комнате, проверяя свой электронный почтовый ящик, и слышала каждое слово. Но я не обращала внимания на их разговор, пока до ушей моих не донеслись слова: «волосы у меня на лобке».

Конкретно, мама моя говорила своей матери вот что: «Я чувствую себя такой старой. Боже мой, на днях гляжу, а волосы у меня на лобке совсем седые».

Я думаю, может, лучше мне их повыдергать самой, пока не поздно.

mercredi, le 3 mars

Из всех четверых моих приятелей А. только с одним я ни разу не переспала. Это А-3. Когда мы познакомились, словно между нами мгновенно проскочила какая-то мощ­ная искра. Но дальше объятий и поцелуев у нас дело не пошло. Он жил не в Лондоне, и когда уехал домой, мне было очень одиноко.