Инвестиго, из медика в маги. Том 2

Но как это объяснить Бефальту, который с горящими глазами уже рассказывал о планах масштабирования в другие города? Он ещё ребёнок. Ему только шестнадцать. Беф, наверное, войдёт в историю как самый молодой член купеческой гильдии. Его пыл и азарт застилают всё — он не видит этих взглядов со стороны, не понимает опасности, а если и видит, то беззаботно отмахивается. Мол, зачем обращать внимание на неудачников?

Сейчас у Марка большие планы по внедрению аптек. Знахарство здесь в зачаточном состоянии — знания о травах, конечно, передают, но это примитив. Если он прогромыхает со своим медицинским проектом сейчас, то ни о каком обучении целительной магии не будет речи. На него наложат анафему и будут обходить стороной за три квартала. Всему своё время — сначала он узнает их секретики, а потом использует свои. Он улыбнулся от этой мысли как удав.

Спустившись в мастерскую в ремесленном квартале, Марк взял кусочек оккапури и привычно запустил в дерево поток маны.

Заинтересовавший его тогда пузырь маны натолкнул на мысль, что материал, из которого он состоит — часть самого дерева. Если бы люди научились хранить ману в ёмкостях, это было бы уже давно известно и поставлено на экономические рельсы. Сотрудники фермы Соммула не раскрывали своих секретов, но Марк не собирался так просто отступать.

Синими потоками мана шла вдоль вырезанных желобов, будто притягивалась корой. С другой древесиной такого не было — мана просто расползалась в стороны облаком пара. Здесь же она циркулировала. Если узор отрытый, то через желобки она тоненькой струйкой выходила наружу. А вот закрытый рисунок представлял интерес. Сначала он чертил круги и запускал в них ману, пока деревяшка не трескалась. Её цвет становился чуть ли не чёрным от чрезмерной концентрации.

Сначала он думал, что вместимость пропорциональна площади деревяшки и местами так и было. Однако, когда он поменял круги на треугольники и квадраты, то увидел что крайние значения во всех трёх знаках разные. На эксперименты уходили месяцы, так как требовалось огромное количество маны. Создавалось впечатление, что разность в способности удерживать ману не случайна. В голове упорно вертелось слово — язык. Похоже, он обнаружил зачатки какого-то языка."

"Говорить об этом пока рано — может быть это погрешности эксперимента или изменённые свойства древесины оккапури. Он не знал, как её хранили, где выращивали и в каких условиях. А может это всё мания величия, нашёптывающая ему: «Вот оно. Ты совершил открытие. Только посмотри».

Нет, так не пойдёт. Он будет делать всё по правилам научного метода. Гипотезу подтверждать экспериментом, измерениями, моделированием и наблюдением. Кстати по поводу измерений.