Инженер Петра Великого – 3

"

"Работа в мастерской закипела с новой силой, вкалывали почти круглосуточно. Спали по очереди, по три-четыре часа, жрали всухомятку, не отходя от станков и верстаков (снова Охтинский завод помог, спасибо Брюсу). Я сам почти не вылезал из мастерской, доводя до ума детали затвора, магазина, прицельных приспособлений. Федька и Гришка пахали как проклятые. Федька, с его золотыми руками, творил с металлом настоящие чудеса. Гришка, более усидчивый, отвечал за сборку патронов — работа кропотливая и опасная донельзя. Я экспериментировал с формой пули, остановившись в итоге на чем-то отдаленно напоминающем пулю Минье. Гильзы делали из тонкой латуни, капсюли — отдельная головная боль, но и с ними потихоньку разобрались.

Неделя пролетела как один день. И вот, наконец, на верстаке, сверкая свежей смазкой, лежал мой первенец. Нарезное магазинное ружье. Приклад из орехового дерева, стальной ствол с четырьмя нарезами, продольно-скользящий затвор и примитивный, вроде как рабочий коробчатый магазин на пять патронов. По сравнению с тем, что я держал в руках в своем прошлом, — грубоватая поделка. Но для этого времени — это был настоящий прорыв, оружие из будущего.

Буду именовать его СМ-1. А чего скромничать? Смирнов, номер первый.

Я с каким-то благоговейным трепетом взял его в руки. Тяжеловатое, но в плечо ложилось как влитое. Зарядил магазин пятью свежесобранными патронами с моим новым, нестабильным, таким желанным порохом. Каждый патрон — как маленькая бомба с часовым механизмом. Сработает? Не разнесет ли ствол к чертям собачьим? Хрен его знает. Я ведь еще ни разу не стрелял из него боевыми.

Ночь перед намеченными на утро испытаниями я почти не сомкнул глаз. Ворочался, снова и снова прокручивая в голове все этапы сборки, пытаясь найти возможные ошибки. Наконец, когда небо на востоке только-только начало светлеть, я не выдержал и поднялся. Нужно было еще раз все проверить, до винтика. Оделся и направился в свою мастерскую.

Я сидел, склонившись над столом и в очередной раз придирчиво ковырялся в механизме ружья. Холодный металл приятно лежал в руках.

В этот момент, дверь, запертая на тяжелый засов, с оглушительным треском влетела внутрь, едва не сбив меня со стула. На пороге, в клубах утреннего тумана и пороховой гари, застыли двое (углубившись в свои расчеты и наблюдения, я даже не заметил шума вне мастерской).

Передо мной стояли мрачные солдаты, в темной одежде, с лицами, будто высеченными из камня. В руках — пистолеты (флинтлоки), черные дыры стволов которых смотрели прямо мне в грудь. За их спинами, во дворе, мелькали еще тени, слышались приглушенные крики и лязг стали. Там, похоже, уже вовсю шла рубка.

— Ти-хо, капитан, — прошипел один из ввалившихся ко мне, растягивая слова с заметным иностранным акцентом.