Исай

– Сеня, отнеси, пожалуйста, кофе в кабинет шефа! – попросил бармен, составляя заказ на небольшой черный поднос.

Я взглянула на пустые столики. Работы не было. Дождь держал всех прохожих в тепле собственных домов. И я втайне понадеялась, что сегодня будет спокойный день, и я смогу несколько раз прочесть конспекты, прихваченные с собой.

Я твердо шла по небольшому коридору, мысленно перечисляя список покупок, за которыми нужно успеть забежать в магазин после смены. И между пунктами «влажные салфетки» и «кефир» я коротко постучалась в дверь кабинета руководства.

– Да, войдите! – услышала я и послушно вошла.

Я смотрела прямо перед собой. Смотрела, и мне казалось, что моя психика все же поддалась горю, и я сошла с ума.

Смотрела на оживший сон, который улыбался все так же, ласково и с искорками озорства. Но мой сон выглядел иначе: волосы чуть отросли, а нос теперь был с горбинкой.

Я услышала, как чашка кофе разбивается о дорогую плитку, разлетается на мелкие кусочки, оставляя некрасивые разводы на моих светлых рабочих брюках.

Только дурак мог придумать бежевые брюки для униформы!

Небольшой молочник дополнил картину, точно так же разбиваясь вдребезги.

А я опустила руки вдоль тела. Зажмурилась.

Да, это конец….

Я затрясла головой, словно пыталась отогнать наваждение.

Я не согласна! Я не хочу ложиться в психушку! У меня есть моя девочка, которой я нужна больше, чем крепким санитарам!

– Белочка! – в мое сознание проник голос из прошлого, а я лишь крепче зажмурилась.

Я не хотела открывать глаз. Ведь тогда я пойму, что Феликса здесь нет.

Я боялась этого.

– Нет, сейчас все пройдет! Пройдет! – повторяла я, уговаривая свой мозг не паниковать, и сделала пару шагов назад.

Возможно, это какие-то озоновые дыры, магнитные бури, хроническое недосыпание. Да все, что угодно. Я просто отдохну, и все пройдет!

Мне пришлось открыть глаза, я не могла бежать по коридору наощупь.

Остановилась лишь, когда почувствовала капли ледяного дождя на своем лице.

Они отрезвили меня.

Я стояла, подняв лицо к небу, и дышала глубоко, чтобы быстрее прогнать страх и галлюцинации, слуховые и зрительные.

И я рыдала, взахлеб, не понимая, что влага на моих щеках – вовсе не дождь.

Крепкие руки обняли меня сзади. Я не могла пошевелиться, не могла разжать кулаки, чтобы выпутаться из объятий.

Я чувствовала ЕГО запах. Слышала рваное дыхание, которое согревало теплом кожу на виске.

Все тело рвало на куски, дрожь пробивала каждую клетку. А я не могла сдержать слез, истерики, крика боли, наконец, вырвавшейся наружу. Я с таким трудом сдерживала ее все эти два с половиной года. Так старалась…. Но безумие нагнало меня, растоптало в прах все попытки сохранить здравый рассудок.