Исай

Я готова была отказаться от поездки в ЗАГС и в ресторан, только бы остаться с ним наедине. Кажется, в глазах моего Феликса застыло то же самое желание.

Я медленно приблизилась к нему. Кто-то из парней несильно подтолкнул Феликса в спину, побуждая сделать шаг мне навстречу. И мой Исай словно очнулся от транса. Шагнул еще ближе. Обхватил мою талию руками.

– Платье не порви! Не испорть прическу! И макияж! – громко предупредила Дарина за секунду до того, как мой Феликс стремительно прижал меня к себе.

– Какая ты у меня красавица, Белочка! – выдохнул он мне на ухо, когда громкий свист, крики и аплодисменты родни и друзей заполнили наш дом до самой крыши.

Кажется, этот день будет самым счастливым в моей жизни. Разумеется, после того дня, когда родилась наша Вера.

* * *Глава 21

Наша принцесса капризничала. Мы успели купить ей платье, новые туфли. Даря привезла моей дочери что-то странное, что крепилось на волосы. Верочка, увидев это чудо из цветов, бантов и блесток, тут же потребовала примерить. И больше не снимала. И если до поездки в ЗАГС вела себя отлично, играла с братьями, бабушками, даже ребятами из банды. То как только мы сели в машину, тут же раскапризничалась.

– Мы пропустили дневной сон, – пояснила Белочка, укачивая дочь на руках. – Теперь будет капризничать до самого вечера.

Я с улыбкой наблюдал за моей Белкой и Верой. Обе красавицы. Обе безумно любимы мной. А с капризами мы справимся. На то они и принцессы, чтобы капризничать.

– Иди ко мне, солнышко! – позвал я, протягивая руки к дочери.

Вера тут же перебралась ко мне на колени. А я, склонившись к ее ушку, принялся шептать ей, какая она у нас с мамой замечательная, умница, красавица.

Вера согласно кивала и соглашалась вести себя прилежно. Правда, отказалась идти ножками до крыльца здания. А я не возражал. Так и нес свою крошечную принцессу до самого зала, в котором нас уже ждали для регистрации брака.

Церемония длилась не более получаса. А мне казалось, что все пронеслось за секунду, одной смазанной, яркой радугой. Я видел мою Белку, ее улыбку, адресованную мне. Держал Верочку на руках, пока ставил подписи в документах. И сам глупо и по-идиотски улыбался.

А в голове постоянно билась мысль: Моя Белка – Исаева! Моя Исаева Белка! И документы по удочерению Верочки Шторм обещал подвезти уже утром. Словом, я теперь по всем законам был мужем и отцом семейства."

"– Можете поцеловать невесту! – расслышал я фазу женщины, ведущей церемонию.

Можно подумать, мне нужно чье-то разрешение, чтобы поцеловать жену! Так и хотелось выкрикнуть вслух. Но было не до этого.

Верочка разрешила выпустить ее из рук и обнять ее маму. А меня словно прибило счастьем. Таким огромным, как планета. И хрупким, как тонкий лед на воде, который способен сломаться от неосторожного движения.