Искупление 6

Все эти характеристики, вместе с его спокойным манерным характером и наблюдательной природой, были основными причинами того, почему он всегда был любимым сыном нашей матери и, до тех пор, пока он не узнал о своей сексуальной ориентации, также любимым нашим отцом. И, самое главное, Даррен был искусным и опытным игроком в херлинг, но он никогда не был феноменальным. Он никогда не затмевал нашего отца, и по этой причине старик никогда не чувствовал в нем угрозу. Потому что, в глазах нашего отца, чем лучше ты играл в херлинг, тем лучше ты был сыном, пока ты не был лучше его. Тогда ты становился угрозой его наследию, и он терпеть этого не мог.

Он хотел, чтобы мы помнили, что он был одним из великих, а не наоборот.

Я никогда не был сыном, которым наша мать могла гордиться, не обладая тем серебряным языком, который был у моего старшего брата, мне удалось вписаться в стереотипный прототип, необходимый для того, чтобы быть принятым и хваленным нашим отцом. До тех пор, пока, в нежном возрасте одиннадцати лет, я не допустил не прощения ошибку попадания под прицел селекторов округа, что моему отцу удалось сделать только в тринадцать лет, а Даррену в четырнадцать.

После этого наши отношения стремительно пошли вниз, с перехода от бурных к откровенно невыносимым. Чем больше я играл, тем больше он меня ненавидел, и чем больше он меня ненавидел, тем сильнее я играл, лишь бы довести его до белого каления. Это был зловещий, бесконечный цикл токсичности, в результате которого я презирал игру почти так же сильно, как и его.

Мой отец ненавидел меня за то, что я играл в эту игру лучше, чем он когда-либо играл, и я ненавидел своего отца за то, что он превратил меня в своего живого, дышащего клона.

Он научил меня всему, что знал, а затем возненавидел меня за то, что я это использовал, в то время как я ненавидел его за внедрение меня в дар, который никогда не станет моим. На протяжении всей моей жизни, буду я лучше его или нет, ему всегда будет приписываться мое достижение. Я все равно играл, потому что, если честно, у меня не было множества других навыков.

– Давно тебя не видел, - прозвучал знакомый голос, когда высокая фигура села рядом со мной на траве. – Как дела, парень?

Немедленно напрягшись, я удерживал сигарету между губами и повернул голову, чтобы посмотреть на него.

– Что ты здесь делаешь?

– Обязанности папочки. – Шейн кивнул головой в сторону, где проходила игра миниатюр. – Ты видишь того молодого парня там? Большой парень с мячом?

– Да?

– Его мама – моя старая знакомая с давних времен, - он пояснил, протягивая руку.

– Недавно появилась, с зависимостью и висящими руками. По всей видимости, он должен быть моим, или по крайней мере, так говорит она.

Сделав еще один затяжку, я передал ему сигарету и выдохнул клубы дыма.